Я ее забираю

Эта девчонка въелась в меня хуже ржавчины, и что-то подсказывало, что забыть её так просто не выйдет. Так кому оно, нахрен, лучше?! После того, как Куратов и его друг уехали, я ещё какое-то время провёл один. Стоял у окна и, держа в руках пустой стакан, щурился, пытаясь хоть что-нибудь решить для себя. Зачем она приходила? Вряд ли затем, чтобы поговорить…"

"Выйдя в зал в сопровождении двоих крепких парней, я направился прямиком к рулетке. Решать проблемы с очередным не рассчитавшим силы неудачником было последним, чем мне сейчас хотелось заниматься.

Дежавю… Не так давно уже было нечто похожее. В ту ночь, когда… Погруженный в собственные мысли, я не сразу различил среди собравшихся у рулетки тощую девицу с копной чёрных волос и блестящими гневом глазами. Чёрт тебя дери, Куратов!

Не дойдя нескольких метров, я встретился взглядом с Вандором. Пара верхних пуговиц черной рубашки его были расстегнуты, в уголках рта затаилась едва заметная усмешка.

Невольно я отметил, что веки её чуть припухли. Плакала? Вот же дьявол! Черты её лица чуть заострились, но глаза… Синие, с жгучими углями чёрных зрачков. Вздёрнув подбородок, она несколько секунд смотрела на меня, а после отвернулась, сделав вид, что мы вовсе не знакомы.

— Проблемы? — спросил я, обращаясь к Куратову. Понимал, что всё это неспроста, что сукин сын ведёт какую-то игру, но что именно за игру, понять пока не мог. Нахрена он устроил этот цирк?! Нахрена притащил с собой сестру?! Мозги трещали, да ещё она… Думать здраво в её присутствии было просто выше моих сил, особенно после последних дней, что я провёл будто в бреду.

— Боюсь, что да, — ответил старший из следящих сегодня за порядком в казино.

— Сколько? — коротко спросил я, догадываясь, о чём пойдёт речь.

— Почти пятьсот тысяч, — ответил мой человек, и я невольно ухмыльнулся. Пристально посмотрел на Вандора. Выглядел тот совершенно спокойным. Слишком спокойным для человека, оставившего за рулеткой полляма баксов.

— Денег у меня нет.

Марика резко посмотрела на него. Если прежде выглядела она разгневанной, теперь казалось едва сдерживается. Я, кажется, начал понимать, что затеял её братец. Вот же дьявол!

— И когда они будут? — осведомился холодно.