Я беременна, бывший!

Он смотрит на меня с ошеломлением, видимо кровь и побои сжигают у него все предохранители.

– Потапыч, с…, – шипит он, подходит к ударенному об стену подонку. Тот держится за голову, оглушенный ударом, истекает кровью из проломленной башки. – Ты охренел ее бить?!

Снова удар. Мне страшно, что сейчас Руслан убьет его. Надо это остановить. Я не хочу, чтобы отец моего ребенка сидел из-за этой твари.

– Руслан, – кричу я, – Руслан оставь его. Я ранена, мне нужна помощь!

Руслан матерится его штормит. Он прямо пройти не может.

– Пошли отсюда, Настя! Я тебя забираю!

Да, он пьян. Я чувствую специфический запах. Снова становится страшно, а потом я понимаю, что ничего плохого мне Руслан не сделает. Наоборот, помогает мне, спасает от съехавшего с катушек Миши.

– Где сын, Настя? – несмотря на нетрезвость, все же мозги Руслана остаются ясными.

– Он наверху, в детской.

– Ты сможешь идти?

Руслан помогает мне встать. Ноги трясутся и подкашиваются, колени не гнутся.

– Да, я заберу Русланчика, ох, голова кружится.

Я не вру. От всего произошедшего я будто теряю ориентацию в пространстве, но ради спасения сына я должна собраться.

– Идем вместе.

Мы оба, вцепившись и поддерживая друг друга идем по лестнице наверх. Мой обидчик сидит на корточках, привалившись к стене. Он держится за голову, прикрыв глаза.

– Может ему скорую вызвать? – переживаю я. Честно говоря мне все равно на его самочувствие, я лишь боюсь того, что Руслана могут осудить за убийство по неосторожности или за причинение тяжких телесных.

– Пусть сам себе вызывает, козел! – шипит Руслан. – Не переживай, будет жить, тварь последняя!

Мы кое-как поднимаемся наверх. Руслан приваливает меня к стене. Вытаскивает из кармана чистый платок, прикладывает к уголку разбитых губ.

– Ты сама как, Настя? Тебе врача надо?

– Нет, он ничего не сделал. Не успел. Ты пришел вовремя.

Я не могу сдержаться и перехожу на плач.

– Ну что ты, все позади, моя хорошая! – Руслан обнимает меня, прижимает к своему крепкому разгоряченному дракой телу.

Я вдыхаю его запах, такой родной и полюбившийся за все это время, и понимаю, что чувства никуда не делись. Я все еще люблю его, сколько бы боли он не причинил мне за последнее время."

"Мы оба слышим плач Руслана. Мою боль как рукой снимает. Переглянувшись и улыбнувшись друг другу, мы решительно бросаемся на зов сыночка.

Глава 65

Руслан

Когда увидел это урода, навалившегося на Настю, чуть не взорвался от возмущения.