И с привкусом соли на губах

Конечно, если не знать, что именно он сотворил со мной пять лет назад, его можно принять за респектабельного красавчика, успешного бизнесмена и надежного партнера, но я-то в отличие от этих женщин знаю, какой гнусный он на самом деле.

Сглотнув, нянечка старается тщательно перечислить все необходимое для Вероники.

— Понял. Всё будет. Анна Владимировна, — обращается к воспитательнице, — скажите пожалуйста, а спонсорскую помощь от родителей ваш сад принимает?

— В каком смысле? — бледнеет педагог.

— В прямом, — пожимает могучими плечами Зверь, незаметно оглаживая меня взглядом с головы до ног, — я смотрю линолеум у вас старенький, шкафчики покосившиеся, стены давно белить пора…

— Это да… — тяжело вздыхает воспитательница, — мы — муниципальное учреждение, поэтому…

— Я боюсь даже представить, на чем здесь спит моя дочь, — перебивает ее Полянский.

— Я поняла вас, Артем Борисович, но с этим вопросом вам, нужно подойти к заведующей.

Зачем он это все делает, да еще так показушно, так громко? Неужели снова красуется передо мной, показывает, что готов на все, чтобы моему ребенку было комфортно в ее привычной среде? Неужели он думает, что я смогу простить ему насилие за новые кроватки в детском саду?!



Глава 10

Лиана

На работу мы безбожно опаздываем.

Зверь галантно открывает мне дверь и придерживает ее, когда я сажусь в его автомобиль. Быстро дает указания Маргарите, звонит своему водителю на счет вещей для Вероники. Какую-то часть пути мы едем молча, а потом оживает мой сотовый. Это Андрей. Не хочу брать телефон, но Зверь приказывает:

— Ответь, или мне самому поговорить с ним?

Еще чего не хватало! Принимаю входящий.

— Я знаю, что тебя и ребенка забрал Полянский, — вместо приветствия начинает Андрей.

Я молча слушаю. Зверь напряженно ведет автомобиль.

— Так вот, Лиана. Я хочу подать на развод.

Ничего не замирает в моей душе… Мои чувства словно заморожены. Сердце покрылось коркой льда, когда вчера он поднял на меня руку.

— Ты можешь забрать свои вещи и Вероникины… — мой телефон падает из ослабевших пальцев.