И будет вам счастье

– А хозяева что же, без машины остались?

– Скажете тоже, да у них еще четыре штуки есть, целый автопарк! – Она принялась загибать пальцы на правой руке: – «Бентли», «Майбах», «Лексус» и этот, как его, все время забываю название… Вспомнила – «Астон-Мартин», на нем еще Джеймс Бонд ездит!

Я присвистнула:

– Ничего себе! У кого же вы работаете? У Рокфеллера?

– У самого Пучеглазова! – гордо заявила дама. – Знаете такого?

Я понятия не имела, но боялась показаться отсталой деревенщиной:

– Кто же не знает Пучеглазова! Повезло вам!

Женщина расцвела:

– Еще как повезло, я прямо сама себе завидую.

– Это точно, – кивнула я. – А кем вы трудитесь у Пучеглазова?

– Поваром. Раньше-то я в заводской столовой работала, думала, так и помру на проходной. А потом завод купил Василь Василич. Пришел однажды в столовую, заказал бефстроганов, а это мое коронное блюдо, поел и спрашивает: «Хочешь, Дина, моим личным поваром работать?» Ну, а я не будь дурой отвечаю: «Согласна, только без интима!» Он рассмеялся: «Мне после твоей стряпни уже ничего не хочется.

Дама остановилась, вытащила из объемной сумки зеркальце и поправила сережки в ушах – довольно уродливые серебряные изделия с бирюзой.

– Это у вас новые сережки? – догадалась я.

Повариха расплылась в улыбке:

– Ага, хозяйка подарила. И кофточку тоже. Ты, говорит, Дина, теперь почти что член семьи, так что не отказывайся от подарков. А чего мне отказываться-то? Я всему рада.

Тут я заметила, что на Дине надето никакое не болеро, а обычная кофта, только размеров на десять меньше, чем требуется. Поэтому она не застегивается на груди и достает лишь до лопаток. Очевидно, раньше тряпка принадлежала худосочной хозяйке.

– А вы в поселке к кому приходили? – полюбопытствовала Дина.

– К Леониду Лисовику, я к нему на работу устраиваюсь, – соврала я.

– Да ну?! Правда? – искренне удивилась собеседница. – И кем же?

– Грумером.

– Кем?!

– Собачьим парикмахером.

– У Лисовиков же нет собаки!

Я пожала плечами:

– Значит, завели. Рыжего кокер-спаниеля.

Дина недоверчиво на меня уставилась, я почувствовала себя записной врушкой.

– Что-то не похоже это на Лисовика… – протянула она.