Гвендолин (СИ)

Нас грубо перебивает Сван, обещая, что если он от нас услышит хотя бы звук, продолжать путь мы будем с кляпами во рту. Мы послушно замолкаем и лишь тревожно переглядываемся. Что ждет нас впереди? И какое наказание будет мне за побег?"

"Драккары мягко скользят по воде, минуя опасные участки реки. Я с тоской смотрю на заросшие ивами берега Сионы, понимая, что, скорее всего больше никогда не увижу родную землю. Ровно через пять дней, если силы природы будут к нам благосклонны, мы достигнем страны викингов. Холодной, неприветливой и суровой.

Я никогда не путешествовала по морю, и, хотя моему положению сейчас не позавидуешь, но я глаз не могу оторвать от сей прекрасной картины. Из Рейрока, родного замка отца, тоже открывался вид на море, но даже сравнить эти две картины невозможно. Это то же самое, что смотреть на розы из окна и сидеть посреди усеянной цветами клумбы, вдыхая их аромат.

Погода солнечная и теплая, а легкий ветерок послушно натягивает парус и гонит корабли в нужную нам сторону.

Я с удивлением замечаю, что хоть наше путешествие и идет по открытому морю, но викинги стараются не упускать из вида сушу. Драккары не боятся сесть на мель, специальная конструкция помогает этим необычным кораблям двигаться даже в тех водах, которые могут похвастаться не слишком большой глубиной.

За все путешествие мы дважды сходим на берег, чтоб провести ночь на земле, и дважды остаемся на корабле, ибо отвесные скалы, нависающие над водой, не позволяют нам высадиться на сушу.

И все два раза, что мы разбиваем лагерь, гадкий Ингвар забирает меня к себе в палатку и оставляет ночевать в ней на расстеленной на полу шкуре.

На удивленный взгляд Свана он лишь отвечает, что не доверяет с недавних пор дозорным, а рисковать и задерживаться еще на десять дней на чужой земле, преследуя в очередной раз сбежавшего заморыша, желания нет никакого, тем более что съестные припасы уже на исходе.

В первый день, когда он грубо затаскивает меня за шкирку в свой шатер, мой язык от страха прилипает к небу, и я могу лишь мычать, как дикое животное, даже не пытаясь отбиться связанными руками.

В голове в тот момент проносятся тысячи мыслей, но самая главная из них, что варвар ухаживая за мной, конечно же догадался о том, что я девушка, а теперь желает меня обидеть. Но Ингвар несказанно удивляет. Швырнув меня на расстеленную на земле шкуру, он крепко связывает мои лодыжки, да еще и привязывает веревку, стянувшую запястья одним концом к своей руке.