Гусары денег не берут

— Я ведь многое про вас теперь знаю! — погрозила она пальцем, поворачиваясь в ту сторону, где, по ее расчетам, должна была сидеть Кира.

Увы, но Киры там не было. Она отлучилась в туалет.

— Кира? — завертела головой по сторонам Елена Яковлевна. — А где Кира?"

"Но на месте Киры сидел Пятипалов, который подсел к вдове своего доктора, чтобы выразить той соболезнования. Надо же! Вот ведь кошмар! Мог бы подсесть кто-нибудь другой, так нет же! Подсел именно этот чудик, зациклившийся на собственной шевелюре, а верней, на ее катастрофическом отсутствии! И к ужасу подруг, Пятипалов воспринял ошибку Елены Яковлевны крайне эмоционально.

Подруги, которые как раз вернулись из туалета, с содроганием наблюдали, как цвет лица актера практически сравнялся с цветом волос его парика.

— Это все ты! — завопил позеленевший от возмущения Пятипалов.

Он бросился к Кире с явным намерением если не задушить ее, то, во всяком случае, поговорить по душам.

— Разболтала! А я тебя предупреждал!

— Отстаньте от меня! — возмутилась Кира, пытаясь сохранять спокойствие.

Но Пятипалов (вот что значит впечатлительная артистичная натура!) не желал униматься. Вид у него был жуткий — зеленый парик от гнева слегка перекосился, съехав на ухо, глаза сверкали. И нервишки Киры, и так расстроенные приключением с Евгением, не выдержали.

Она завопила и в последний момент, когда артист уже тянул к ней свои дрожащие руки, сиганула прямо через накрытый стол. На глазах изумленной публики она лихо вскочила на него, мастерски прогарцевала между салатниками и разложенными приборами, а потом легко, словно козочка, спрыгнула на пол, ничего не опрокинув и не разбив.

Пятипалов, который ломанулся за ней, такой грацией не отличался. Фужеры и стопки полетели на пол, где и разбились вдребезги. Тарелки и блюда с мясной нарезкой последовали за ними и тоже разбились. А Пятипалов все метался взад и вперед по столу, примериваясь, где бы ему половчей спрыгнуть, чтобы схватить Киру в свои железные объятия и придушить на месте.

Кира, в свою очередь, металась вдоль стола, но ей было легче. По крайней мере она прыгала по полу, где если и валялись предметы сервировки, то уже в таком виде, что их было совершенно не жаль топтать ногами. При этом она была страшно напугана. Никто из оторопевших гостей почему-то не спешил ей на помощь. Видимо, люди не воспринимали всерьез опасность, исходящую от Пятипалова.