Грозовая охота (СИ)

- Более достойному кандидату, - повторила я отчетливо, глядя прямо на леди Тир, которая

стояла внизу, рядом с залом ожидания. - Кандидату, который абсолютно точно заслуживает

этой мантии. Кандидату, который подтвердил свой талант, заняв первое место, и я верю, -

мне пришлось прерваться, потому шум снова перекрыл мой голос, - я верю, что только

волнение на публике, помешало сиру Тиру выступить ещё более возвышенно. Сир Костас все три класса в школе потрясал нас своими талантами, - ещё немного и мне потребуется

лимон, очень много лимонов, у меня уже кончался запас пафоса, - и пониманием тонкостей

четырех искусств.

характеризуют поэзию сира Костаса лучше всего.

Костас из Тиров.

Фейу ошеломленно замерла рядом, оценивая ситуацию. Мое сообщение было не

двусмысленным - Тиры лучше Фейу. Костас Тир лучше Марши Фейу, именно так оценила

расклад обладательница белой мантии.

- Благодарю, - усиленный чарами, мелодичный и хорошо поставленный голос леди Тир

взлетел над сценой, - .

За одно то, что она добавила последнюю фразу, я была готова подарить Костасу две, нет

три мантии подряд, если бы они у меня были. Леди Тир явно прекрасно осознавала, что

делала, она ещё получит порицание за эти слова от со-клановцев.

Леди быстро подтолкнула сына в спину и полностью дезориентированный цыпленок,

спотыкаясь, начал подниматься на сцену.

Я нашла взглядом тировскую ложу, нахмурившегося Кантора, и послала ему отдельную,

очень ослепительную улыбку.

Весь желтый, теплый и пушистый Костас, сияющий украшениями, подошел к нам, и

осторожно косился в сторону заледеневшей Фейу.

Я протянула Костасу кончики пальцев, и он, ошеломленно блестя влажными глазами,

почтительно приложил мою руку к губам. Я с трудом удержалась от желания потрепать

цыпленка по голове и пощекотать под подбородком. Гамбит леди Тир в библиотеке, в той

жизни, был оправдан - хорошая партия может обеспечить безопасность сына, но для

своего ребенка я бы никогда не выбрала в невесты ту, родичи которой могут сделать ее

скорбящей матерью в течение декады.

таком же ужасе от моей кандидатуры в качестве жены, как и я от него в качестве мужа.

Трибуны молчали, я осторожно накинула Костасу белую мантию на плечи, расправив, и он

вскинул вверх руку с кольцом победителя в дисциплине, изящным жестом, вернув себе

привычное удовлетворенное высокомерие.