Грозовая любовь

Вот Эдриен удивится, когда они поженятся и она все расскажет.

Саманта и Хэнк отправились в отель. — Вы пообедаете со мной сегодня? — спросил он, когда они остановились на лестнице перед тем, как разойтись по своим комнатам. Когда она кивнула в знак согласия, Хэнк неожиданно схватил ее за руку, сжал, затем отпустил и ушел.

Саманта долго мылась в деревянной кадке, сумрачно размышляя об этом интимном жесте. Ей бы хотелось, чтобы это видел Эдриен, а сейчас она ощущала неловкость, потому что она и Хэнк были одни.

Она надеялась, что для Хэнка ухаживания просто развлечения. Не стоит ему строить серьезных планов. Он нравится ей, но любит она Эдриена и не так ветрена, чтобы легко менять свои чувства, даже встретив такого красивого и галантного мужчину. Саманта два года мечтала о том, чтобы стать женой Эдриена, и она ей станет.

Хэнк был у ее двери точно в шесть часов. Он умылся и побрился. Одет он был в черные сюртук и брюки и полосатый атласный жилет. Сорочка была белой. Выглядел он великолепно.

— Вы превосходно выглядите, — сделал комплимент Хэнк, увидев ее одетой в серое шерстяное платье с жилетом, отделанным черным.

Саманта не удержалась от улыбки.

— То же самое я подумала, увидев вас. Он усмехнулся, глаза его заискрились, ямочки на щеках придали его лицу мальчишеское выражение.

— Мы идем? Тут рядом на улице есть ресторанчик.

— Вы не возражаете, если вначале мы немного погуляем? — решилась спросить Саманта.

— Но уже темно.

— Мы пройдемся по главной улице. На улице было темно. Дорогу освещала луна, да окна мерцали тусклым светом. Они медленно шли по деревянному тротуару мимо магазинов. Саманта наслаждалась прогулкой, с удовольствием разминая ноги.

Боже, как она ненавидела путешествовать в почтовых дилижансах. Еще три дня. Она серьезно подумывала о том, чтобы попросить отца прислать эскорт в Элизабеттаун.

— Как вас называют близкие друзья, Саманта? — мягко спросил Хэнк.

Она подумала об Эдриене и Джанет и ответила:

— Саманта.

— Вас так называли всегда?

Она взглянула на него, забавляясь:

— Вам не нравится мое имя?

— Оно вам не подходит, — сказал он откровенно. — Вам бы подошли такие имена, как Кармен, Мерседес, Ланета. Саманта звучит слишком по-викториански.

Она пожала плечами.