Грозовая любовь

Помнишь, ты так говорила? Собираешься выгнать меня?

Саманта не могла винить его за то, что он пришел в ярость. Все пошло наперекосяк.

— Нет, я…

— И что ты? — Глаза Хэнка потемнели от гнева. — Думаешь, мы сможем жить здесь вместе? Может быть, тебя и устроит постоянная война, а меня — нет.

— Мне она нравится не больше твоего! — выкрикнула Саманта.

— Тогда зачем ты приехала? Почему не развелась со мной? Почему не положила конец моим надеждам?

— Потому, что я люблю тебя, черт тебя возьми! Хэнк был ошеломлен, но быстро пришел в себя и рассмеялся.

— Ах, Самина, как я долго ждал этих слов. Он шагнул к ней, но она отступила назад.

— Не прикасайся ко мне, Хэнк. Он не обратил внимание на предупреждение и подошел совсем близко к ней.

— Нет, Хэнк. Вначале надо решить кое-какие проблемы.

— Очень хорошо. — И он отступил, улыбаясь от счастья.

Саманта собралась с силами. Она обязана сказать ему необходимые слова.

— Ты хочешь, чтобы мы попытались начать нашу семейную жизнь?

— Как ты могла сомневаться?

— Что же, значит, у нас будет такая возможность.

— Так же, как и я.

Она кивнула, потом шагнула вперед, готовая сказать самые трудные слова, боясь ответа на них.

— Я не хочу, чтобы ты притворялся, что любишь меня. Я буду жить с тобой… но не хочу притворства.

— Что за идиотские мысли! — выругался он.

— Они не идиотские. Ты ненавидел меня раньше, Хэнк, и ты знаешь, что ненавидишь теперь.

— Ты так думала, малышка, — мягко сказал он. — Но в действительности я никогда не ненавидел тебя.

— Да.

— Теперь ты говоришь, что любишь. Должен ли я сомневаться в твоих словах?

— Нет.

— Тогда почему ты сомневаешься во мне?

— Ты не хотел жениться на мне, — настаивала Саманта. — У тебя это вызывало ярость.

— Да. Я не хотел жениться на тебе — ради корысти, — мягко ответил он. — Я хотел быть с тобой и любить тебя. Но ты не пожелала.

У Саманты еще оставались сомнения.

— Ты никогда не предлагал мне выйти за тебя.

— Ты никогда не даешь мне закончить.

— Ты говорил, что у тебя нет намерения жениться, — напомнила она.

— Ах, Самина, во мне говорила только гордость. Я любил тебя тогда — и люблю сейчас.

— А как же Энджел — твоя Анджелина?

— Я говорил, что она прекрасная женщина и что я хотел ее. Встретив тебя, я забыл о ней.

— В самом деле? Он вздохнул.

— В самом деле.