Гротеск

— Не хочешь переодеться? — не глядя на меня, спросила мать и стала убирала со стола посуду после сестры. Она всегда готовит ей завтрак: тосты, яичницу и кофе. Сестра уже убежала — у нее смена на фабрике. У меня график гибкий, работа в основном с полдесятого до полпятого. Раньше половины девятого можно не выходить.

— Не буду. На синем не видно.

Послышался нарочито громкий вздох. Я подняла голову:

— Что?

— Мне кажется, тебе надо больше обращать на себя внимания. Все время ходишь в одном и том же.

Я вспыхнула:

— Это мое дело.

Но мать не успокоилась и, помолчав немного, продолжала:

— Я не хотела об этом говорить, но, видно, придется. В последнее время ты поздно приходишь домой. Что это такое? Никогда так не красилась, похудела, не ешь ничего.

— Ем.

Я с хрустом разгрызла таблетку «джимнемы», запила кофе. «Джимнема» — средство для похудения. В последнее время его многие пьют. Говорят, растительные вещества, которые в него входят, расщепляют лишний жир. Я покупаю таблетки в ночном магазине, они у меня вместо завтрака.

— Это же лекарство! Как же без еды? Заболеешь.

— А заболею — денег приносить не стану, да? — уколола ее я.

В ответ мать снова тяжело вздохнула. Она все больше походила на старуху. От нее и пахло старухой. Редкие волосы, лицо с широко расставленными глазами, как у камбалы.

— Ты превратилась в чудовище. Мне жутко.

Я продолжала читать газету, стараясь не обращать внимания на мать. Мне через десять минут на работу. Почему я должна слушать весь этот бред? Какой толк, какая польза? Я вдруг поняла, что мать мне не нужна.

— Отчего тебе жутко?"

"Она вынула из газеты рекламный листок, разрезала ножницами пополам и положила рядом с телефоном — вдруг что-нибудь придется записать. Вот до чего доводит скупость. Столько лет экономила, экономила — и вот результат. Не стало отца, приносившего в дом деньги, — и мать, так гордившаяся раньше своим происхождением, сделалась ужасной скрягой.

— Чем это я чудовище?

— Чем ты занимаешься по вечерам? Я с ума схожу.

— Все! Я пошла.

Я посмотрела на часы и поднялась со стула, хлопнув газетой по столу. Мать закрыла руками уши. Я вышла из себя:

— Не нравится?! Ничего, потерпишь! На мои деньги живешь — никуда не денешься.

— Как это — «никуда не денешься»?

— А так! Я буду делать что хочу, а ты будешь молчать.