Громкий развод

По его голосу я понимаю, что он тоже знает о шумихе.

— Хорошо, — выдавливаю из себя.

Я оборачиваюсь на шум, доносящийся со стороны входа. Вот черт! Только не это! Папарацци. Как они пронюхали о том, что я здесь?

Я резко вскакиваю со своего места и быстрым шагом, почти бегом, направляюсь в противоположную сторону.

— Вот она!

— Это она!

Несколько человек догоняют меня, а через доли секунды к ним присоединяются остальные. Я оказываюсь в ловушке.

— Аделина, как вы прокомментируете измену мужа? — раздается справа от меня.

— Аделина, о чем вы подумали, когда впервые увидели снимок вашего мужа с любовницей? — вторит другой слева.

— Аделина, вы уже подали на развод?

— Аделина… Аделина…

Голова взрывается. Из-за сильного волнения я теряюсь в толпе журналистов и в ужасе понимаю, что не могу найти выход. Мне нужен воздух. Паника оказывается сильнее меня — еще чуть-чуть, и я разрыдаюсь на глазах у зевак.

Я озираюсь по сторонам — кто-то уже достал мобильный, а кто-то развернулся на стульях в ожидании представления.

Неожиданно сильная мужская рука обнимает меня за талию и вытягивает из роя назойливых папарацци.

— Без комментариев. Дайте пройти! — резко бросает мой муж.

— Убери от меня свои руки, — потрясенно шепчу я, пытаясь скинуть его ладонь, но Дан лишь крепче прижимает меня к себе. — Я подаю на развод.

— Шшш, Лина. Никакого развода не будет.

Глава 2

Оказавшись на улице, я жадно вдыхаю свежий сентябрьский воздух, который проникает в мои разгоряченные легкие и помогает унять приступ паники.

— Дыши, — командует Дан, бережно обняв меня за плечи.

Я хочу сказать ему, чтобы меня не трогал. Не после того, как этими же руками обнимал свою бывшую всего пару часов назад. Чтобы оставил меня в покое, но молчу, размеренно вдыхая и выдыхая, слушая барабанную дробь своего сердцебиения и отдаленный шум — это охрана моего мужа оттесняет от нас свору писак. Господи, если бы Дан не появился, они бы меня просто растерзали…

Сейчас, когда муж рядом, когда я чувствую его тепло и до боли знакомый запах, поверить в то, что он мог так бессовестно обмануть меня, становится еще сложнее.

Я ведь всегда была с ним честна.