Громкий развод

— У вас занято? — я удивленно вскидываю глаза, услышав русскую речь с едва уловимым акцентом. — Свободных столиков не осталось, так что если вы не против компании…

Напротив стоит привлекательный парень, который с улыбкой смотрит на меня. На вид ему лет двадцать пять, максимум, тридцать, русые волосы в беспорядке падают на лоб, пестрая рубашка расстегнута на две пуговицы ниже, чем того позволяют приличия, на губах блуждает жизнерадостная улыбка.

— Конечно, — отвечаю я чуть заторможенно. — Я уже собиралась уходить.

— О, останьтесь! — восклицает парень, усаживаясь на стул. — Иначе я буду думать, что вы уходите из-за меня.

— Я уже поужинала.

— Но не допили вино, — замечает незнакомец.

— Мне достаточно, — я все же поднимаюсь на ноги. В первое мгновение я подумала, что, возможно, легкая и ни к чему не обязывающая беседа с человеком, который меня не знает, пойдет мне на пользу. В конце концов, почему нет? Дану бы это не понравилось, но разве мне есть теперь до этого дело? Но потом я вдруг почувствовала, что просто не хочу сейчас ни с кем общаться.

— Меня зовут Мартин, — не успокаивается парень. — А вас?

— Аделина.

— Из России?

Я киваю.

— А я из Чехии. Но у меня мама русская, и я два года учился в Москве.

— Так вот откуда акцент, — замечаю я.

— Так заметно? — он широко улыбается.

— На самом деле нет, Мартин. У тебя превосходный русский. Хорошего вечера. Мне правда пора.

— Как жаль, — он, кажется, вполне искренне расстроен. — Ну, может быть, в другой раз.

Я вновь киваю.

Выйдя из ресторана, я снова разблокирую мобильный. Тайно надеюсь, что может быть за то время, пока я была не в сети, в медийном поле случилось что-то более скандальное, чем вчерашний слив снимков моего мужа с другой женщиной, но я не такая фартовая. Звонки продолжают сыпаться, в основном, с незнакомых номеров.

Я не понимаю, почему он продолжает попытки связаться со мной. Разве между нами еще не все сказано? У него был прекрасный шанс сказать мне правду, но он предпочел ее умалчивать. Это его выбор. Но я свой тоже сделала. И как бы ни кровоточило внутри мое раненое сердце, гордость у меня тоже в наличии.