Гром Раскатного. Том 4

— Я, когда забрался, аж ржать начал. Этот клоун, — он указал на труп, — в проводах застрял, как горный баран."

"Мы вернулись к остальным курсантам, и я параллельно занимался «упаковкой големов». Погибшего демоноида брать с собой не имело смысла. Его в прямом смысле этого слова разорвало до болтиков, так что даже запчастей оставить не удалось.

Големы, перед тем как сесть обратно в грузовик, сначала поставили его на место, ибо пару часов назад два угря перевернули его. Впятером погрузились, закрыли за собой двери и стали ожидать дальнейших распоряжений.

Затем начался осмотр поля битвы. И вот тут Митюшкин охренел.

Мы вышли за забор по приказу Быкова вместе с двумя Устранителями, которых нам дали на подмогу, так сказать. И застали полчище трупов демоноидов, которых подавили мои големы. Разумеется, хех… в разной степени прожарки. Большая часть тел была изувечена до неузнаваемости, словно по ним танк прыгал, а вторая часть была сожжена.

— И кто это так? — Митюшкин принюхался к трупу. — Как будто громобоем спалили.

— Так, похоже молния угодила в открывшийся Котёл, — я пожал плечами, проследил за Устранителями. — А этих, — указал на отбивные, свои же и растоптали.

— Мда, — протянул Митюшкин, — Мегагроза даже демоноидов не щадила.

Проверка территории на пару с Устранителями завершилась весьма быстро. Мужики в форме сфоткали мертвых тварей, отправили их Тамаре и приказали нам идти обратно. И пока мы возвращались к остальным курсантам, я внимательно следил за приставленной к нам двоицей, которая осталась и копошилась у грузовика.

Когда мы вернулись к нашим, тут уже вовсю работали медики, вышедшие из больницы. Они перевязывали и обрабатывали раны потерпевшим, а таких было много, даже среди курсантов, которые вроде как держались на расстоянии.

Даже палатки поставили!

— Добрый вечер, — я вошел в высокую палатку, где притаился Быков с медиком и Верескиной. — Вы как, господин взводный?

— Нормально, — спокойно ответил Быков.

— Да это, отпроситься хочу, — я перевел взгляд с Быкова на Верескину. — Мне срочно нужно спасти Екатерину Распутину. Ее отец просит.

— От чего? — Тамара сощурилась. Уж больно ей не нравилось упоминание дочери Семена Семеновича.

— От той же хрени, которую передали мне, — по взгляду Тамары было видно, что она помнит про чумной ток. — Я — единственный, кто может ей помочь.

— О чем вообще речь? — напрягся Быков.