Гром Раскатного. Том 4

Достал из рюкзака за плечом какой-то бурый камушек, чуть больше ладони, и положил его на грудь Кати. Затем началось твориться какое-то чудо.

Некроз, который уже начал пожирать плечи и шею, чудесным образом остановился. Зеленоватость лица превратилась в бледность, а показатели медблока, которые… начали сходить с ума, как только «заработал» камушек, вернулись в норму.

— П… получилось? — не веря своим глазам, спросил Распутин целителя. — Ты…

— Некроз поправит целитель, — в трубке, которую Семен Семенович не убирал от уха, вновь зазвучал голос Раскатного.

— Это, господин Распутин, — Илья зевнул, почесывая щеку. — Шеф сказал, что приедет лично потом и вылечит вашу дочь. Так что, я заберу эту… — он протянул руку к камню, но тут же получил по руке от Распутина. — Ну… или не заберу…

— Эта штука помогает ей, — парировал Семен Семенович. — Оставь ее и останься сам. Там, — он указал на окно.

Илья пожал плечами и сел на краешек кровати. В это время глава рода Распутиных перевел взгляд с дочери на окно и начал молиться. Молиться, чтобы Раскатный выжил в этой «буре», приехал и помог Кате.

* * *«Мда, — на моих глазах кабан швырнул в забор Устранителя. — Вот чем опасна мегагроза.» Устранитель, которого швырнул демоноид, попал в лапы другого демоноида, который появился за его спиной. Котлы образовывались везде, просто везде! И наше место не было исключением.

Выпуская две молнии, я уберег Устранителя от очередной напасти.

— Курсанты, — громогласный голос Быкова привлек мое внимание. — Уйти за строй!

Пожав плечами, я проигнорировал приказ, потому что Котел образовался в двух метрах от меня. Из него вышло сразу три твари и все, как назло, вполне серьезные. Ветроборы славились большой скоростью и прытью. Но вот вышедшие «кошаки» передо мной были немного отличными от привычного образа.

Кувырок, который я выполнил, уходя в сторону, спас меня от урона. Ибо один из кошаков тут же выбрал целью — меня. Его хвост оказался настолько резким, что, если бы я мог, я бы во время кувырка — присвистнул. А что было не менее занимательным, так это шип на конце этой части тела.

Ножи словно сами собой легли в руки.