Грязные новости

"

"Его «двенадцатилетняя» жена, на восемьдесят пять процентов состоящая из пластических операций, встала с дивана, и простучала каблуками по коридору, как я догадался, направляясь в их спальню. Джеймс пошел на кухню, чтобы принести нам выпить. Я никак не мог понять, почему его жена ходит дома на каблуках. Легонько толкнул локтем Джудит, когда мы сели на тот же диван, который секунду назад освободила грудастая ведущая утреннего шоу.

— Ты носишь обувь в помещении?

Взгляд Джуд метнулся ко мне, и она тут же нахмурилась.

— Дома я не ношу даже нижнее белье и лифчик. Папе повезет, если моя одежда прикрывает интимные места. Я свободна духом.

— Я чертовски люблю тебя, — выпалил я, и у меня перехватило дыхание.

Не то чтобы она уже не знала, но все же.

Джудит усмехнулась.

— Кажется, я начинаю тебе верить.

— И, чтобы ты знала, я решил уйти на другую работу только для того, чтобы ты могла сохранить свою в LBC, — сказал я ей, прежде чем мог себя остановить. — Быть вдали от тебя — все равно что жить без конечностей.

Выражение ее лица было бесценным. Похожие эмоции испытываешь через секунду после того, как развернул самый фантастический рождественский подарок. Я уже собирался наклониться и запечатлеть поцелуй на ее губах, когда Джеймс неторопливо вернулся с подносом и чем-то алкогольным на нем.

Ублюдок.

Я не мог притвориться, что не заметил его, поэтому выпрямился на диване и попытался думать о грустных вещах, таких как глобальное потепление и теория «большого взрыва», чтобы позаботиться о моем неуместно набухшем члене.

— Уверен, что хочешь, чтобы Новобранец была здесь? То, что я собираюсь рассказать, очень личное.

— Перестань ее так называть, и да, я уверен, что она должна быть здесь. Моя жизнь — это ее жизнь.

Я не упустил, что они оба замерли на своих местах. У меня был рейс из аэропорта Кеннеди в Лос-Анджелес через пять часов, и я не собирался на нем лететь.

— Ну что ж… — Джеймс покачал головой и провел рукой по волосам.

Он настолько тщеславен, что я иногда задумывался, полностью ли он бреет свои яйца или обесцвечивает их, чтобы они соответствовали его фальшивому цвету волос.

— Нет никакого правильного способа произнести это.