Грешница по контракту

"

"— Я, правда, ждал тебя, мой мальчик — тепло говорит он, глядя за мою спину, где переминается с ноги на ногу, странная проститутка, которую я непонятно зачем притащил с собой, непонятно что и кому, стараясь этим доказать. Странное чувство, такое редкое для меня, чувство стыда.

— Это Кэт, Катерина, — представляю я свою спутницу. От глаз отца, к вискам разбегаются лучики веселых морщин. Удивлен? Или, правда, рад?

— Так это вы делаете моего сына счастливым? — спрашивает, протянув руку.

— Нет, я не делаю этого, — спокойно говорит девка — скорее даю ему то, в чем он действительно нуждается — удовольствие.

Что ж, по крайней мере, честно. Отец удивленно приподнял бровь, но молчит, с прищуром глядя на мою спутницу.

— Ну, что ж развлекайтесь, молодежь — ухмыльнувшись, говорит он, царственно махнув рукой, и возвращается к прерванному разговору со своим лучшим другом и компаньоном.

Екатерина

— Кто позволил тебе открыть рот, шлюха? — прошипел он в мое ухо, зажав в угол в коридоре ресторана — твоя работа, не блистать умом, а раздвигать ноги, по первому требованию.

— Что, вам не понравился мой ответ вашему отцу, хозяин? — ухмыльнулась я, глядя в льдисто синие глаза клиента, прожигающие мою кожу насквозь.

— Не нужно играть со мной, детка, — оскалился он, вжимая меня спиной в шершавую, покрытую декоративной штукатуркой, стену всем своим телом. — Я люблю послушных девочек. Ясно?

— Да, — выдохнула я, чувствуя предательскую дрожь в ногах. Только бы он не отпустил меня сейчас, только бы не отстранился.

— Ты хочешь меня? — то ли спросил Дэн, то ли констатировал факт.

— Нет — неубедительно солгала, желая вырваться из плена насмешливых глаз — Это просто работа.

— Ты лжешь, маленькая шлюшка. От тебя за версту несет похотью, и сексом — насмешливо шепнул он, одной рукой нырнув мне под блузку. Другой, до боли сжал ягодицу, обтянутую джинсовой тканью. — Ты уже течешь, детка. Я ведь прав?

Как это не отвратительно, он был прав на все сто.

— Отпусти меня, — взмолилась, испугавшись безумия в его глазах. — Нас увидят.

— Меня никогда не сдерживали людские взгляды, и то, что кто — то может обо мне плохо подумать, дорогая — ухмыльнулся он, но отстранился. — В следующий раз, постарайся не открывать свой рот. Ну, по крайней мере, до тех пор, пока я не решу им воспользоваться.