Грешная и святая

Он уверил себя, что не становится занудой. Просто ему нужна ясная голова – если он собирается забрать эту статуэтку у Миранды Куп и при этом не подчиняться ей, как собачка на поводке.

Урчание в желудке напомнило Крессиде о том, что со времени ее дорожного завтрака прошло уже много времени и телу нужна пища. Она пошла на кухню и попросила кухарку дать ей поесть. Кухарка радостно отрезала ей кусок пирога и положила на тарелку фруктов.

– Простите меня за предложение, мисс, но не хотите ли посидеть здесь со мной, Салли и Сэмом и выпить чаю? Мы как раз собирались, а вам наверняка одиноко наверху.

Крессида согласилась, хотя она боялась, что слуги захотят спросить ее об их будущем. Однако они говорили между собой о своих семьях и о других слугах. Крессида сидела с ними, пила чай из простой чашки, расслабляясь в этом самом незатейливом мире. Даже в Мэтлоке она не пила чай на кухне.

Затем они заговорили о скандале. Служанка Онслоу, с которой встретились утром, наполняя кувшины у молочницы, говорит, что мисс Онслоу очень располнела.

Бедная мисс Онслоу. Крессида потихоньку пила чай, думая о том, как легко разошлась бы по Лондону ее скандальная история – вместе с ведрами молока и корзинами хлеба.

«Эта мисс Мэндевилл. Говорят, что она была на вечеринке для джентльменов в неприличном костюме.

Как она могла быть такой безрассудной? Но конечно, тогда она не видела выхода. И, как сказал Трис, было не важно, что они делали прошлой ночью. Но она чувствовала, что ее совесть нечиста.

Кто-то постучал в дверь, и Крессида вздрогнула, представив, что скандал уже ждет у дверей.

Салли вскочила.

– Кто это может быть? – Она поспешила к двери, но скоро вернулась.

Посланец Сент-Рейвена! По крайней мере хоть что-то получается.

– Это связано с делами моего отца. Мне нужно повидаться с ним.

Она поспешила в холл и все поняла по выражению его лица.

– У вас нет драгоценностей?

– Боюсь, что так. Но не стоит впадать в отчаяние!

Крессида закрыла дверь и села.

– Я не впадаю. Пока. Что произошло?

Он сел рядом.