Грехи матери

Акушерка позволила Дэнни перерезать пуповину новорожденному и вручила ребенка Касси, а потом передали его Оливии, которая, в свою очередь, думала о покойной матери и о том, как много в жизни значат дети. Оливию захлестнула радость.

– Ты молодчина! – хвалил Дэнни Кассандру, а их сын уже сосал грудь. Оливия наклонилась и поцеловала дочь в щеку.

Касси улыбнулась ей:

– Мама, спасибо, что ты была со мной. Без тебя и Дэнни я не справилась бы.

Это было сказано искренне, и у Оливии в эту минуту не осталось сомнений, что она вновь обрела свою дочь и что ее грехи прощены.

Это было самое прекрасное мгновение в жизни Оливии с тех пор, как родились ее собственные дети.

– Как вы собираетесь его назвать? – спросила Оливия. Она чувствовала такую близость с Дэнни, о которой раньше не могла и помыслить. Их навсегда связал этот драгоценный ребенок, который мирно спал в объятиях матери и весил немного больше четырех килограммов.

– Гарри! Гарри Хелл! – ответил Дэнни, и Касс кивнула в знак согласия.

– Хорошо звучит! – сказала Оливия, улыбаясь с чувством огромного облегчения.

Для нее не имело значения, что они не состояли в браке. Это нисколько не влияло на тесную связь между ними, свидетельством чего являлась забота Дэнни о Кассандре. Он был молод, но был мужчиной. А сын поможет ему повзрослеть.

– Я хочу еще четверых, – заявил Дэнни.

Касси на это громко застонала:

– А нельзя чуть-чуть подождать?

– Конечно! Я дам тебе недельку, а потом сделаем следующего!

Все они рассмеялись, даже акушерка, зашивавшая Касси разрывы.

Касси этого даже не чувствовала – так была счастлива, прижимая к себе своего малыша.

Оставив их на несколько минут, Оливия пошла позвонить Питеру.

– У нас большой красивый мальчик, – гордо объявила она. – Четыре килограмма!

– Как Касси? – с беспокойством спросил Питер.

– Я никогда не видела ее более счастливой, а Дэнни просто молодец!

– Я завтра буду у вас, – сказал он. – Полечу первым же самолетом.

– Прилетай скорее!

В голосе Оливии слышалось радостное волнение.

Рождение внука, при котором она присутствовала, было незабываемым чудом. Для нее и Кассандры оно явилось окончательным излечением от боли отчуждения, поэтому Оливия была необыкновенно благодарна дочери за то, что та попросила ее быть с ней.

Когда она вернулась в палату, Касси с Дэнни лучезарно улыбались друг другу, а акушерки уже не было."

"– Мы решили пожениться, – сообщила Касси матери.

– Это я только что предложил, – пояснил Дэнни.