Грехи матери

Она была ему очень благодарна: он облегчал ее боль своим присутствием. Дети Оливии встретились с людьми, которых не видели годами. Все, кто знал Касси, с радостью ее приветствовали. Аманда была на похоронах в строгом черном костюме от «Шанель». Она проявила такт и не пошла в дом. Филипп по пути с кладбища поблагодарил ее за присутствие. Похоже, церемония растрогала и ее. В конце концов она тоже была человеком.

Когда все, наконец, разъехались (Питер тоже отбыл), члены семьи в изнеможении опустились в кресла. Это были полные эмоционального напряжения дни, которые завершились торжественными похоронами матери, бабушки, прабабушки, которую они так любили.

Лиз взялась накрывать на стол доставленную из ресторана пасту. После похорон состоялся небольшой фуршет, но Филипп признался, что только теперь почувствовал голод.

– Давайте переоденемся во что-нибудь посветлее, – предложила Оливия.

Филипп в эти дни часто звонил Тейлор. Ему не терпелось ее увидеть. Грейсоны должны были разъехаться наутро, после последнего совместного вечера: Оливия, Филипп и Джон возвращались на работу, Касси, Софи и Кэрол – в города, из которых прибыли. Надо было с пользой провести оставшееся время в кругу семьи. И ужин в тот вечер в изобилии сопровождали положительные эмоции и оживленный щебет, столь характерные для самой Мэрибел.

Сначала все произносили тосты за Мэрибел, а потом Филипп постучал по своему бокалу и сказал, что хочет сделать заявление. Все головы повернулись в его сторону. Он был немного навеселе, остальные – тоже. После нескольких напряженных дней всем им надо было расслабиться.

– Я влюблен в замечательную женщину и собираюсь на ней жениться, когда разведусь!

Раздались одобрительные возгласы, а Лиз громко провозгласила: «Прощай, Аманда!», и все засмеялись.

– Я продала свою книгу за бешеные деньги! – объявила Лиз, и Сара удержалась от демонстрации удивления, хотя почувствовала себя уязвленной.