Грани морали (СИ)

К тому же развилась целая сеть поддельных печатей, которые накладывали на невест с едва выраженным даром. Все ради того, чтобы выдать их замуж повыгоднее.

Больше всех с этого, понятное дело, наварила церковь.

Несчастных магичек, само собой, не спрашивали вообще.

Теперь я лучше понимала суть появившегося примерно в то же время бизнеса Валета по вывозу одаренных невест. Бедняжки были готовы на все, лишь бы не превратиться в овощ, как ее величество. Далеко не все считали печать манной небесной и лучшей долей.

Впрочем, общественное мнение неумолимо.

Добропорядочная мейс на выданье должна быть запечатана. И точка.

Иронию со штрафами за несанкционированное запечатывание я оценила. В этом свете по-иному виделось то пожертвование, что я нашла в сейфе мейстера Сенсетта.

Уж не приплатил ли он за запечатывание не слишком щедро одаренной дочери? Потому и хранил расписку подальше от людских глаз.

Если так, то это компромат, еще какой. Но пользы мне от него чуть: вины мага он не доказывает.

Это же не заказ на убийство принцессы.

Под высокими каменными сводами храма свободно гуляло эхо. Его украсили только к торжеству и сразу же сняли всю позолоту, стоило дню свадьбы миновать. Сейчас помещение являло собой образец аскезы и смирения.

Что вызывало еще больше сомнений. Если в здании все так просто и скромно, то куда деваются деньги?

— Я могу помочь чем-нибудь, дочь моя?

От неожиданно гулкого баса подкравшегося со спины священника я вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.

— Исповедь, покаяние, возможно, тебя искушает сила и ты жаждешь ее смирить?

Ничего себе перечень услуг!

— Нет, спасибо, святой отец, — прошелестела я едва слышно. — Мне лишь хотелось вдохнуть немного Высшей благодати, прикоснуться к прекрасному.

— Что ж, отдохни душой. — Мой ответ пришелся ему по нраву, плотно сжатые губы искривились в слабом подобии улыбки.

Он кивнул в сторону небольших кабинок в конце зала, при взгляде на которые у меня снова закружилась голова.

Именно там меня и отравили. В одной из них.

Чтобы преодолеть въевшийся в подсознание страх, я специально прошлась вдоль той стены, мимо трех одинаковых, неплотно прилегающих дверей. Приоткрыла одну из них на пробу — та отозвалась душераздирающим скрипом.