Графиня замка Ривердон

Куда вы скажете, туда она все находки и доставит.

Ах, вот оно как… Ну хорошо, поняла.

Первым делом Джон начала расчищать площадку от песка, и его движения были уверенными и четкими. Он осторожно отодвигал комья земли и, поднимая пальцами то тот, то другой ком, удивлялся, как плотно все зажато вокруг люка. Вскоре показался и сам люк, внушительно выглядывавший из-под земли. Он оказался большим и тяжелым, с потертыми краями, покрытым зелеными мхами, словно природа год за годом тщетно пыталась поглотить его. Он и в самом деле был там, придавленный временем, буквально спавший под толщей земли и песка все это время.

Мельчайшие детали окислились и выглядели как реликвия из давно забытых эпох.

И вот попробуй узнай, кто и когда его соорудил. И зачем положил. Мысли о возможном содержимом под люком крутились вокруг, поднимая во мне живой интерес — есть же что-то ценное внутри, иначе и люка не существовало бы.

Навершие люка, выполненное в форме свернувшейся в клубок кошки, черной и худой, выглядело странно в этом месте и привлекало к себе взгляд.

Его изящные линии и детали создавали ощущение, что эта кошка не только статуэтка, но и хранительница прохода. Я, слегка сомневаясь, все же присела на корточки. Любопытство пересилило во мне осторожность. Положив руку на холодную морду кошки, я потерла ее пару раз, ощущая шероховатость неизвестного металла, который, казалось, сохранял тепло от прикосновения.

Послышался скрип. Как будто дверь скрипела не смазанными петлями.

— Отойдите, ваша светлость, — скомандовал Джон.

Я недоуменно посмотрела на него. Потом до меня дошло, и я, резко поднявшись, отскочила от люка куда подальше.

А он между тем поднимался, медленно, очень медленно, как в фильмах ужасов, но поднимался.

Вопреки моим извращенным ожиданиям, внутри не было никакой живности. Ни летучие мыши не выпорхнули, ни крысы не выскочили. В общем, надо было поменьше ужастиков смотреть на Земле.

Весь любопытствующий народ подтянулся поближе. Каждому хотелось увидеть, что же внутри.

Но первым в яму заглянул все же Джон. С фонарем в руках. Вот где он выкопал этот фонарь? Не было же! Я точно помню! Может, кто из слуг принес?

— Тут три сундука, ваша светлость, таких, в которых платья всякие хранят, и столько же дверей, больших, железных, то ли на ключ закрытых, то ли засыпанных чем-то. Но просто так их не откроешь, — доложил Джон.

— Значит, и не будем открывать, — решила я. У меня не было ни малейшего желания открывать те непонятные двери.