Граф Суворов. Том 9

А затем начинает лечить прикосновением и изгонять из храма христова лжепророков. — пояснил Филарет. — И, если ты спросишь меня, я скажу, что это не может быть совпадением. Вот только… ты веришь в то, что ты избранный? Вернувшийся перед началом божьего суда Христос?

— Нет. Вообще ни разу. — не думая ответил я. — И амбиций у меня таких нет.

— Ну хоть где-то голос разума возобладал. — по-отечески улыбнулся Филарет. — Но множество верующих воспринимают тебя не иначе как мессию и знамение второго пришествия. А теперь представь, что они узнают о твоей… школе.

— Если они придут, я научу их тому, что знаю и умею, а заодно подтвержу, что я никакой не избранный, а просто одаренный со своими слабостями. — ответил я. — Отказаться от практик ни я, ни мои соратники уже не сможем. Да и скрывать их долго не выйдет, слишком уж выдающиеся результаты получаются.

— Понимаешь, если бы вы отдали душу дьяволу, за невероятную силу, оно могло выглядеть ровно так же. — сказал патриарх. — Сейчас, для истинно верующего человека все выглядит очень на то похоже.

— Не продавал я никому душу, она при мне, и я это точно знаю. — не выдержав ответил я. — Потому что чувствую её и укрепляю ее жилище. А вот у вас…"

"— Осторожнее со словами. — с улыбкой покачал головой патриарх. — А то можешь дойти до обвинения в бездуховности первосвященника.

— Хорошо, обойдемся без взаимных обвинений. — выдохнул я, успокаиваясь. — Предлагаю выбрать от церкви двух-трех самых просветленных дарников. Я буду обучать их вместе с остальными, и через пару месяцев они сами расскажут вам что и как происходит.

— Твой дом полон греха. — вздохнул патриарх, покачав головой. — Я понимаю, дело молодое, хотя мне удивительно как твоя супруга сумела справится с гневом и ревностью. И все же — отпускать братьев во Христе в твой дом, это подвергать их еще большему искушению.

— Раз уж об этом речь зашла, то жениться в начале на Марии — это не мой выбор, а сложившиеся обстоятельства.

— Только с Ангелиной, княжной Меньшиковой? — уточнил патриарх.

— Не только. — пришлось признать мне под укоризненным взглядом Филарета. — Ещё с Ингой Лугуй. Но это больше союз равных, а не узаконивание любви.

— В интересные времена мы живем.