Граф Суворов. Том 5

— Слава героям! — поддержал я, подняв протянутый мне кубок, и многие по вскакивали со своих мест, чтобы выразить свое согласие.

Пили до дна, хотя я с легкостью превращал вино в воду, правда уже в своем организме. Похмелье меня не беспокоило, я его вообще испытывал последний раз в прошлой жизни и это хорошо, другое дело – что сейчас в зале наконец начало что-то происходить и мне категорически нельзя было терять концентрацию.

Кучкование по кружкам произошло где-то в районе трех ночи, когда старшее поколение отправилось на покой, младшее уехало гулять по Тифлису, а я остался с мужчинами лет тридцати-сорока, которые поделились на небольшие группы.

Кто-то играл в нарды, и один раз взглянув на них я понял, что это искусство будет не хуже шахмат. Другие раскинули карты, и я провел пару раундов, оставшись при своих. Третьи просто разговаривали и пили.

Я решил держаться между первой и третьей категорией. Увести меня не пытались, разговоры не прекращали, и вскоре я уже так закрутился, что успел пообщаться кажется со всеми в зале.

И настроение оценив, и свои доводы предоставив. Речь мне толкнуть так и не удалось, но я за это был даже благодарен, ведь выяснилось, что как бы мы не готовились с Багратионом, с темой не угадали.

Утверждение что в клубе собираются меньшевики, оказалось вполне верным. Вот только общее настроение оказалось не тем, что полагал Константин. В целом позицию социал-демократов можно было оценить как умеренно негативную, но выраженную в первую очередь не к Багратиону, и даже не к императору, а к системе в целом.

Пообщавшись с одним из «старейшин» Карло, оставшимся в клубе на правах старшего, я с удивлением узнал, что в молодость свою он был террористом, реакционером и революционером, поднимавших на бунт народные массы. Им даже удалось отстранить от власти предков Константина, в 15х годах прошлого века. Но когда «лежащие на сене собаки» превратились в охранников государя, обретя силу через единение с резонансом, позиция меньшевиков Закавказья изменилась.

А позднее, уже в тридцатых-сороковых, вслед за технической революцией, устроенной центральной властью, крестьянам и рабочим были даны все права и вольности, которых они так долго требовали. Коммунизм в России не наступил, ну так социал-демократы его никогда и не придерживались, считая ультралевым политическим движением. Крайним и опасным даже для них.