Дочь опальной герцогини (СИ)

Заключим соглашение, пока буду служить вам без оплаты, рассчитаетесь когда сможете.

От его заявления моя челюсть медленно поползла вниз.

– Но я могу передумать, если вы продолжите недобросовестно выполнять мои задания, – хмуро добавил он, а я, не сдержавшись, радостно гикнула, на что получила прищур строгих серо-голубых глаз.

– Вы встали на мою сторону и решили остаться в Йорке, потому что теперь вы враг святости номер два? – не удержавшись, спросила я.

– Почему это ""два""? – тёмная правая бровь собеседника подскочила высоко вверх.

– Потому что номер один – это я…"

"Стук в дверь вернул меня из мира воспоминаний в суровую действительность.

– Ледюшка, – в кабинет заглянула Берта, – сэр Ховард подъезжает к замку.

– А? – не сразу поняла я, а потом (и откуда только силы взялись?), резво вскочила и бросилась к двери.

Ура! Наши кормильцы вернулись! Душа пела, улыбка сама собой наползала на лицо. За мной спешила такая же воодушевлённая экономка. Мы быстро спустились на первый этаж, где перед камином дремала леди Бакрей, которую я не стала тревожить и тихо ушла наверх, как только тренировка с Кенсингтоном подошла к концу.

– Что? А? – услышав топот моих ног, резко очнулась старушка. – Леди Одри, всё в порядке?

– Да-да, вы отдыхайте, а мы с Гретой во двор пойдём, встречать Ховарда. Наконец-то они вернулись.

– Я не могу пропустить такое событие! – решительно встала леди Элея, – иду с вами!

Быстро натянув шубы и шапки, втроём вылетели на улицу.

Я покосилась на экономку: женщина сцепила пальцы перед собой и влюблёнными, полными нежности глазами, смотрела на Ховарда. Интересно, почему не поженятся? Потому что он аристократ, пусть и стоящий на самой низкой ступени феодальной лестницы, а она простолюдинка?

Управляющий подъехал к крыльцу и ловко спешился, благодарно похлопав по шее своего могучего коня, стал подниматься по лестнице нам на встречу.

– Леди Одри! – низко поклонился он. – Всё сделали, как велели. Зерна хватит до середины весны и на посев тоже.

– Отличные новости, сэр Ховард! – улыбнулась я.

– Сейчас люди всё сгружают в хранилища, будут работать до глубокой ночи, оставлять на телегах негоже.

– Берта, – обернулась я к экономке, – распорядись на кухне, чтобы наготовили горячей похлёбки и напекли хлеба для работников.