Граф Суворов. Том 2

Автоматные очереди били вверх, по кронам деревьев, но снайперам и так не на кого было охотится. Стандартные синие пули по условиям игр тяжелые доспехи не били.

Пресс, обрушившийся на бурята на мгновение исчез, Герб будто споткнулся, отступив на полшага, но тут же уперся в невидимую стену и шагнул вперед. Для остальных — невидимую, я хоть и с трудом, но мог разглядеть с такого расстояния едва видимую радужную плоскость. Правда ни мне, ни Тарану от этого легче не было.

Зато на эту схватку отвлеклись почти все, я успел пробежать еще дальше, и зашел в спину подкреплению альфовцев. Пять еще находящихся в боевом положении доспехов. Но не на долго — у меня хватало гранат, благо я выскреб все боеприпасы из ящиков, и даже в ранце у меня лежало еще с десяток."

"— Эй, парни, у вас спина в чем-то оранжевом! — крикнул я, зарядив первым двум гаранты. В таких доспехах можно было и не почувствовать попадание, а потому они за озирались, осматривая друг друга.

Даже оружие опустили, за что тут же и поплатились, потеряв еще двух бойцов. Последний попробовал сопротивляться и даже щит поставил, хоть и слабенький, но с доспехами он явно пока был на «вы», а потому я просто оббежал его по кругу и засадил гранатой в упор, тут же прыгнув обратно в окопы.

Время играло не на меня. Пока я расправлялся с пятью рыцарями оставшуюся группу Тарана и его самого — все же выбили.

Герб победоносно поставил на наградную пластину брони стальную ногу и выпалил из гранатомёта в упор. Вот же урод, ведь знает, что это было не обязательно. И все равно…

***

Строганов с большим сомнением смотрел на происходящее на полигоне. Больше всего это напоминало не показательные военные игры, а… ну да — самую настоящую войну. С партизанщиной, засадами и хитростями, за которые в мирное время можно и погон лишиться. Понятно, что все это для кадетов в новинку.

Даже странно, как они додумались до такого ведения боя. Но все же…

Доволен ли будет граф Суворов? Понятно, что он совершенно не такого развития ситуации ждал, Меньшиков как-то сумел договориться со старым сослуживцем Мирослава, пусть не другом, но доверенным лицом — князем Долгоруковым, еще недавно возглавлявшем всю жандармерию, а сейчас ставшего советником императора. Одним из доверенных лиц.