Гости съезжались на дачу

«Какого рода инженеру требуются такие знания?» – мысленно недоумевала она, но вслух не спросила, посчитав, что ее особое внимание к этому мужчине может быть неприятно остальным. Которые тоже страдали, но держались орлами.

Ехать решили на автомобиле Аллы Дмитриевны – маленьком, комфортабельном и удобном внедорожнике. Вести машину могла только Дуня.

Она честно призналась:

– У меня есть права. И автомобиль. Старенький, папин. Но это как учить в школе английский. Все учат, и никто не умеет на английском разговаривать.

– Не волнуйся, девочка, – Алла Дмитриевна обняла Дуню, не прижимаясь к ней ладонями, держа их вверх. – Я буду рядом с тобой.

Эти слова: «Я буду рядом с тобой!» – и для Дуни, и для Аллы Дмитриевны были почти волшебными. Так им дарили уверенность надежной защиты отцы.

«Я буду рядом с тобой», – говорил папа, когда учил Дуню, панически боявшуюся воды, плавать.

– Перед поездкой хорошо бы нам принять обезболивающее, – сказал Галя. – Дороги здесь, что стиральная доска, намучаемся.

– У меня есть! – живо откликнулась Дуня. – Прекрасные таблетки от месячных.

И прикусила язык. Опять сглупила, что ж она такая нелепая! В самом деле: у нее очень болезненные менструации, три дня через каждые двадцать шесть лежала пластом, пока врач не выписала чудо-таблетки. У них ведь название есть!

– От месячных, – Харя на фоне общего смеха постарался сдержаться, – это для Гали. У него в последнее время цикл нерегулярный.

– Мужики! – Алла Дмитриевна промокнула рукавом набежавшие слезы.

– Легко!

– Замечательные! – повторила Алла Дмитриевна. – Стоило пережить этот кошмар, чтобы познакомиться. Ангел, тебе укор! Прятал таких молодцов. Дуня, беги за правами и таблетками. Александр Петрович, Ольга Егоровна, возьмете Мотика к себе? Кому война, а кому мать родна: пусть играет на планшете или смотрит мультики по телевизору сколько влезет.