Девочка по имени Зачем

— Все равно нам когда-нибудь пришлось бы с ним встретиться.

— Я думала, мы сначала обустроим собачку, раскидаем ее вещи, чтобы папа точно ее не выгнал.

— Может так как есть лучше. Ну, с Богом.

Пока я заношу купленные вещи, Маша вместе со щенком ретировалась в свою комнату. Если она так боится собственного папу, то что делать мне? Сразу обкакаться от страха или подождать? Хотя нет, на сегодня одного раза хватит. Пока я обдумываю, куда бы положить вещи, в гостиную входит Сережа.

— Привет. Где вы были? — судя по мокрым волосам и футболке, Сережа только после душа.

— Сначала в парке, потом в магазине, пару вкусняшек купили.

— То, что ты ешь всякую гадость это понятно, с этим мы уже смирились, но с каких пор ты ешь собачий корм? — я ведь так и осталась стоять с пакетом в руках.

— Я в передаче видела, это что-то типа перекуса, вместо чипсов, — Боже, что я несу.

— Продемонстрируй.

— Что?

— Перекус.

— Я сейчас не голодна. А ты почему дома? Ты же по субботам дежуришь?

— Перехотелось работать. Всех денег не заработаешь.

— В своей комнате.

Сережа уходит к Маше, а я присаживаюсь на диван. Это конец, мы даже не освоились. Я мысленно считаю секунды, но криков не слышу, пока не слышу… Открываю собачий корм, нюхаю его и прихожу в чувства. И все же, как бедные животные едят эту гадость? Долго ждать разъярённого Сережу не приходится. Он вылетает из комнаты и, судя по шагам, направляется ко мне. А я непроизвольно тяну руку в корм. Беру пару штук и закидываю в рот.

— А ничего так, чипсы, конечно, вкуснее, но если закрыть нос, можно есть.

— Ты свихнулась что ли? Я уже видел вашу собаку, не фиг передо мной разыгрывать спектакль, тем более он изначально был провальным, — видимо мой мозг окончательно отключился, потому что я вновь закидываю корм в рот.

— Ты вообще меня слышишь? Дай сюда корм! — Сережа не дожидается, и сам забирает у меня из рук плохо пахнущую “вкусняшку” и ставит на пол.

— Только, пожалуйста, не кричи на меня, с детства не переношу этого, а если будешь орать, я непроизвольно обгажу тебе диван.

— Мне и трёхкилограммовое “счастье” тоже не надо! Где вы его взяли?

— А Маша не сказала?

— Маша кроме мычания и слов “не отдам” ничего не сказала!

— Мы забрали его у какого-то алкаша в парке, он над ним издевался.

— То есть, вы украли собаку?

— Ничего мы не крали, — в комнату входит Маша с щенком на руках. И садится рядом со мной. — Мы спасли его, он бы там умер, его били и не кормили.

— Так вы спасительницы, оказывается.