Госпожа повариха

Вкусняшку ему, значит, приготовить? В гости звал, да?! Вот как соглашусь, как приду, как… как сделаю ему запеканку из творога с изюмом, и последний выковыривать заставлю! И молока ему дам, с пенками, и, пока не выпьет, из-за стола не выпущу!

Я летела по улице, чудом не сталкиваясь с прохожими, и даже не заметила, как углубилась в узкий лабиринт переулков, где уже совсем никого не было, хотя фонари и освещали булыжники. Остановилась, только когда дыхание совсем сбилось и в боку слегка закололо.

– Иоанна, да стой же!.

Развернувшись к Юлиану, стоявшему от меня в паре шагов, набрала в грудь воздуха, чтобы высказать все, что думаю по поводу его несдержанности, но тут сразу случилось несколько событий. В нос ударил тошнотворный запах прокисшего компота, я поперхнулась вдохом и сморщилась, не удержавшись от фырканья:

– Фу-у-у! Кто-то помои вылил на улицу?!

Успела поймать недоуменный взгляд Юлиана, потом из переулка вдруг выскочил какой-то незнакомец с бешеным взглядом и буквально сбил с ног моего спутника.

"Кажется, кто-то закричал. Кажется, раздался громкий хлопок и снова шипение, но я уже стремительно летела в милосердную темноту, где мне не выворачивала кости дикая, разрывающая внутренности боль.

Глава 4

Мой обморок продлился недолго, судя по тому, что находилась я по-прежнему на улице, когда сознание вернулось. Точнее, первыми вернулись ощущения: ломота в теле, сухость во рту и ушибленный при падении на мостовую локоть. Конечно, никто не потрудился подхватить бедную меня, господа мужчины были заняты перепалкой.

– Посадить под домашний арест?! – шипел один, незнакомый.

– Отравленная, а не обычная, – буркнул мой знакомый.

– Да плевать, не в этом дело! – ярился неизвестный. – Сколько в тебя вколачивать, что зря рисковать жизнью ты не можешь! Или учись защищаться как следует!

– Я просто на танцы с другом пошел! – огрызнулся Юлиан.