Госпожа повариха

Радостная Маруня, чуть не виляя воображаемым хвостом, помчалась организовывать нам ужин и заодно отчитываться перед отцом, а я направилась знакомиться с купальнями.

К моей великой радости, я никого там не застала – видимо, остальные еще работой по дворцу заняты. Купальни делились на мужское и женское отделение, в женской части имелся предбанник со шкафчиками, а дальше собственно парная-мыльная. Общий бассейн для желающих освежиться, и – о счастье! – отдельные душевые со шторками! Король отлично заботится о дворцовых работниках, я уже чувствую себя ярой сторонницей монархии.

И как выяснилось, воды все же не боюсь, хотя испытала весьма странное чувство, намыливая хвост специальным шампунем для шерсти – его мне продали в парфюмерной лавке. С ушами тоже пришлось быть осторожной, чтобы вода в них не попала. А так – с удовольствием поплескалась под горячей водой и, посвежевшая, отправилась обратно к себе – переодеваться, ужинать и уже идти на встречу с Анжеем: время незаметно подобралось к вечеру. В коридорах зажглись светильники, слуг стало больше: расходились по своим комнатам после трудового дня.

А вот в комнате возникла проблема, как высушить влажные волосы и – хвост. Как могла, сначала просушила полотенцем, а потом расчесала и решила обратиться к Маруне за помощью. Она вроде говорила, что владеет немножко воздухом… Переодевшись в новенькое платье из тонкого льна с красивой вышивкой, я покрутилась перед зеркалом, осталась довольна и направилась в кухню – Маруня сказала приходить туда ужинать.

Суеты к вечеру было уже гораздо меньше, и мы пристроились в уголке, уплетая вкусное рагу из горшочков. Волосы и хвост Маруня мне без проблем подсушила, и я чувствовала себя на седьмом небе, настроение в душе царило отличное."

"– Ну, пойдем? – весело произнесла девушка, когда мы отнесли посуду к мойщицам. – Папа отпустил, но сказал до одиннадцати вернуться, потом ворота закрываются, и все.

– Без проблем. – Я пожала плечами, и мы отправились на встречу с Анжеем и его другом.

Парк вокруг дворца украсился разноцветными огоньками, ярко освещавшими тропинки, в окнах тоже горел свет, и резиденция короля выглядела как нарядная игрушка.

Кажется, я даже приметила мелькнувшие среди темной зелени платья, и чуткое ухо уловило чей-то томный смех и голоса. Ну да, придворные развлекаются. Стража у ворот проводила нас взглядами, и мы вышли на улицы Аргунда. Я наивно полагала, что, наверное, здесь с наступлением темноты жизнь тоже замирает, но не тут-то было.