Господство Короля

Его губы подергиваются, будто он собирается улыбнуться, но Джонатан этого не делает. Не совсем.

— Да, ты девочка.

— Мне двадцать семь.

Я не знаю, зачем мне нужна эта информация.

Может, это способ моего мозга напомнить, что он на семнадцать лет старше меня.

Или что моя сестра, единственный человек, которого я все еще считаю семьей, завладела им первой.

Или что мы в ее комнате.

Тот факт, что Джонатан сохранил ее комнату такой, какой она была, не пытаясь ни от чего избавиться, означает одно: он не покончил с ее смертью.

Вот почему он хочет меня. Я его больной способ вернуть Алисию к жизни.

Я ненавижу его за то, что он поставил меня в такое положение.

Я ненавижу его за то, что он вламывается в двери, от которых даже у меня не было ключей.

Больше всего я ненавижу его. Мужчину. Тирана. Бесчувственного ублюдка, который не смог защитить Алисию.

— Я знаю твой возраст. — он засовывает руку обратно в карман. — Я также знаю, что ты была призраком с шестнадцати лет.

Я поджимаю губы, даже когда мой шрам покалывает под одеждой.

— Каково это быть призраком, Аврора?

— Мирно.

— Это так ты пишешь «фальшивка»?

— Я не фальшивка.

— Так вот почему ты придумала совершенно новую личность, новое имя, новое происхождение и даже новые привычки?

— У тебя есть какой-то смысл в этом?

— Твоя подруга с черным поясом по карете знает о Клариссе?

— Не смей, Джонатан.

— Мне не нравится, когда мне угрожают, так что только из-за этого я мог бы наведаться без предупреждения и сказать ей.

— Джонатан... н-не надо.

Я готова умолять его, но знаю, что это не сработает. Лейле и ее семье нужно держаться подальше от моего прошлого. Я не могу противопоставить их доброте злобу.

— Она мусульманка, разве нет? Ты знаешь, как они относятся к убийцам и сообщникам?

— Я не сообщница.

— Тогда кто ты? — его голос падает в диапазоне. — Почему ты исчезла?

— Потому что я нуждалась в перерождении.

Глава 17

Джонатан

Перерождение.

Увлекательно.

Я смотрю вниз на вызывающий взгляд Авроры, но не вижу фасада, который она так долго совершенствовала.

Я не вижу ее отстраненной реакции на меня или того, как она бросает мне вызов, будто это ее любимый вид спорта.

Теперь я вижу девушку, которая пряталась за платьем своей сестры. Девушку, которая была невинна, а потом запятнана так сильно, что пожелала перерождения.

Но она не только желала этого. Она сделала так, чтобы это произошло.

Или она так думает.

Даже когда Аврора стала взрослой, в ее глазах все еще светится искра.