Господин Зима

Надо было взять меч и снести побольше голов, чтобы земля стала твоей. Потом правила изменились, и чтобы владеть землёй, меч сделался не нужен, достаточно стало правильного клочка бумаги. Но предки Роланда всё равно не расставались с мечами на случай, если люди заподозрят, что все клочки бумаги – сплошное надувательство. На всех ведь не угодишь.

Роланд всегда мечтал научиться владеть мечом, но он и не думал, что мечи такие тяжёлые. С воображаемым мечом он управлялся прекрасно. Когда он сражался со своим отражением перед зеркалом, победа почти всегда оставалась за ним.

Да, на голове у него был шлем, а в руках – меч, слишком тяжёлый для него (хотя сам Роланд и отказывался это признавать).

Я не герой, подумал Роланд. У меня есть меч, который я могу поднять только двумя руками, и щит, тоже слишком тяжёлый, и конь, весь красиво задрапированный занавесками, которого пришлось оставить дома (тётки придут в ярость, когда увидят гардеробную), но внутри я всего лишь ребёнок, и этот ребёнок очень хочет знать, где тут уборная.

Но Тиффани спасла меня от Королевы эльфов. Если бы не она, я бы до сих пор оставался глупым мальчишкой и так бы и не стал… юношей, питающим надежду, что он не такой уж глупый.

Фигли вломились в его комнату, прорубившись сквозь бурю, нагрянувшую накануне вечером, и сказали, что настало время ему стать Героем ради Тиффани. Что ж, он станет. Роланд в этом не сомневался.

– Что-то это не похоже на вход в Подземное царство, – сказал он.

– Ах, всяка-така песчера могёт туда привесть, – заявил Явор Заядло, восседая у него на макушке. – Токо надо зобный шаг шагнуть. Громазд Йан, ты попервый.

Громазд Йан с важным видом шагнул в туннель. Выставил перед собой согнутые в локтях руки. Отклонился назад, вытянув вперёд ногу, чтобы удержать равновесие.