Чужая женщина

Будь ты честным, сидел бы сейчас за ошибку свою, но тебя прикрыли, и ты на свободе, Громов, — крикнул мне в вдогонку, а я оттолкнул официанта и, распахнув дверь, вылетел на улицу, хлебнуть свежего воздуха. В ушах опять громыхало, и сердце сжималось в приступе панических воспоминаний. Закурил, глядя на огромную лужу у ступенек, на то, как расходится рябью вода от тяжелых капель. Дверь позади скрипнула, и я, скорее, угадал, чем увидел, что Денис рядом со мной стал. Кто-то раскрыл над ним зонт.

— Нет справедливости, брат.

Нет и не было никогда. Все мы справедливые, пока это нас самих не касается. Они торговую палату строить там собрались, а в городе ни площадок детских нормальных нет, ни театров. Музей и тот допотопный, здание скоро развалится. Я землю выкупил. Обошел Левадного вашего. Есть связи. И там театр построю. Если надо будет, под фундаментом и Салтыкова, и Левадного закатаю. А тебе решать, с кем ты. Со мной или с властью своей мега честной.

— Справедливость разная бывает.

Красиво говоришь. Можешь в мэры метить. Пипл схавает твои умные речи.

— Это уже следующий шаг. Вначале я тут немного рокировкой займусь.

— Только в городе у нас, Деня, ни одной большой торговой точки такого масштаба нет. Ты видел проект центра? Там и для детей планировалось построить целый парк аттракционов крытый, и кинотеатр, и каток. Ты не о культурном развитии города думаешь, а подарок своей жене сделать хочешь.

Теперь уже он сверлил меня взглядом, но я продолжал смотреть на блестящие капля дождя, переливающиеся от света фонарей.

— Умный, да? В мозгах у меня поковырялся и, типа, выводы сделал?

— Нет, просто мотивы ваши понятны мне давно, и не нужно заливать о высоких материях и ценном вкладе. Ты захотел и купил. Перебил цену. Как игрушку. И плевал ты на чье-то мнение.

— Наши это чьи?

— Ваши. Ты меня прекрасно понял.

И тут же вцепился в ствол. Это случилось настолько молниеносно, что я сам не успел понять, но реакция была мгновенной. Всего лишь фигура между тачками на парковке со вскинутой рукой, и я сбиваю с ног Дениса, припечатывая прямо к асфальту, и тут же пули рикошетят по машинам, по лужам.

Раздается звон разбитых стекол, и воет сигнализация. Я несколько выстрелов делаю по движущейся мишени в черной куртке, мельтешащей за машинами.

— Твою маааать, — голос Дениса, и женские крики поблизости.

— Цел? — тряхнул Деню.

— Цел, — быстро кивнул, а в глазах ни капли страха.

— Ворота закрыть.