Городской детектив. Штопая сердца

— Ты почему родителям про Илью не сказала? — спросил Казаков, устраиваясь на заднем сиденье рядом с Глашей.

— Ну вы уже должны были неплохо изучить мою маму. Она же наседка. Если бы она такое услышала, то, я думаю, увезла бы меня с собой в багаже или сама осталась. А ни один из этих вариантов меня не устраивает. Так что пусть уж лучше она думает, что её дочь — неблагодарная свинья, чем будет в курсе событий.

— А жить ты где собираешься? — криминалист перевёл на неё взгляд.

— Не знаю, — Глаша пожала плечами.

 — Сейчас комнату какую-нибудь сниму.

Казаков покачал головой, вздохнул и полез в карман.

— Вот тебе ключи от моей квартиры, — он протянул ей связку. — Мы летом с Раечкой на даче будем жить. До сентября можешь распоряжаться, а там посмотрим. Заезжать можешь, когда посчитаешь нужным, я уже неделю как на дачу переехал.

— Спасибо, — Глаша благодарно покивала и уставилась в окно.

Одной проблемой было меньше, даже двумя. Во-первых, есть жильё, во-вторых — не нужно каждый день пялиться на окна Ильи.

И сейчас можно было сосредоточиться только на работе. Девушка открыла протоколы опросов и в одном из них наткнулась на интересную деталь.

— Нужно машину в розыск срочно объявлять, — вслух сказала Глафира.

— Она же во дворе у них стоит, — удивился Казаков.

— Да, но одна из соседок обмолвилась, что у семьи две машины, — Глаша быстро набрала номер Латунина. — Привет, у семьи было две машины. Конечно, не факт, что одна в городе не осталась, но, учитывая, сколько было народу, скорее всего, ехали на двух машинах.

И наверняка вторую девочку везли в другой машине. Я никак понять не могла, почему они не остановились по дороге, не подъехали к посту ДПС. Да куча вариантов была, — она ещё раз пробежалась по записям. — Женщина сказала, что вторая машина старенькая была и они редко ей пользовались. Седан, цвет белый. Поищи, что там на них числится ещё.

* * *День догорал в ленивом мареве летнего зноя, просачивающегося сквозь несколько дней непогоды.

Люди на улицах ловили тепло максимально открытыми телами, и в свете наступающего вечера это смотрелось несколько карикатурно и гротескно. Лисицына вывалилась из метро, поискала глазами какую-нибудь точку общепита, где можно было перехватить кофе и рогалик, и упёрлась глазами в сверкающие витрины пекарни.

— Отлично, — пробормотала женщина и, набрав нужный номер, поспешила к спасительному островку с едой. — Алё, да я уже возле метро.