Господин из завтра. Тетралогия

Через секунду перед нами появляется седой гример с бледным лицом и трясущимися руками. Ну а он-то чего перепугался?

— Ефим! — Посланный за гримером атаманец вытягивается во фрунт. — Ты зачем так перепугал господина гримера? Ну что ты ему, братец, наплел?

— Дык, твое велико… — Ефим не большой мастак говорить, хотя на шашках — мастер, каких еще поискать! — Я тока и сказал, шоб шел скорее, шо государь ждать не любит…

— Небось ухи обещался обрезать, — меланхолично замечает Шелихов, — дык ведь не обрезал же…

— Ну-ну, господин гример, успокойтесь.

Гример икает и быстро-быстро кивает. Мне становится страшно: а голова у него не оторвется?

— Но к делу. Вот этого, — я указываю на Фигнера, — надлежит загримировать так, чтобы он был похож на Ленского. Приступайте!

Гример дотрагивается до уса тенора и издает какой-то горловой звук.

— То есть как «что делать?» Брить. К чертовой матери брить!

Дрожащими руками гример взбивает пену и берет в руки бритву. Э-э! Так не пойдет! У бедолаги так трясутся руки, что он, пожалуй, зарежет русского итальянца! Ну, это лишнее… Э-эх, опять придется все самому…

Не помню, как в моих руках оказывается бритва. Сознание возвращается ко мне в тот момент, когда вопящий, но крепко сидящий на стуле Фигнер уже без бородки, одного уса и… половины волос на голове! Блин, увлекся!

— Вот, господин Фигнер, а сделали бы сами — обошлось бы без бритья головы.

Через пять минут все кончено. Фигнер сидит с трясущимся подбородком, похожий на Агопита из старого детского фильма. Ну-ну, чего ж так переживать-то?

Димыч подходит поближе. Он проводит ладонью по бритой голове, а затем произносит:

— Ну, если цесаревич брил, то освежить и миллионеру не зазорно! — С этими словами он вытаскивает из кармана серебряную фляжку с коньяком и обильно смачивает им салфетку, которой и протирает голову «клиента», приговаривая: — Вот какой у нас красивый мальчик, блестящий, как коленка…

Делает он это так уморительно, что все покатываются со смеху, даже бледный гример.

— Теперь будьте добры, загримируйте его как положено. Желаю здравствовать, господа…

Можно обратно в ложу.