Господин из завтра. Тетралогия

 — Эй, Дим… тьфу, Александр Михалыч, подойди-ка сюда!

Димка подходит, всем своим видом выражая недовольство. Чего это он? Ах, ну да! Он, видите ли, важным разговором занят, а мы его по пустякам дергаем.

— Александр Михалыч! — обращается к нему адмирал. — Ты кроме «Единорога» еще что-нибудь из своего оружия захватил?

— Да, ваше высочество, захватил, — отвечает купчина и мнется, — вот только демонстрировать некоторые образцы при иностранцах…

— Ишь ты! Неужели ты настолько страшное что-то придумал? — с веселыми огоньками в глазах спрашивает император.

— В том-то и дело, ваше императорское величество, что наоборот! — Димка пытается подобрать слова. — Скорее изобретенное мною оружие настолько простое, что я удивлен, почему больше никто до такого не додумался. Вот и хочу, чтобы супостаты как можно дольше в своем неведении пребывали."

"— Хм… хм… ну ты и загнул! — Император покусывает усы и объявляет: — Мне уже не терпится посмотреть, что ты там еще навыдумывал! Петр Семенович! Распорядитесь, чтобы англичан проводили.

Вежливо, но быстро! А ты, купчина, давай тащи свои игрушки!

Англичан заставляют быстро свернуться и покинуть манеж. Последним уходит Максим, косясь на целый штабель ящиков, который успевают натаскать дружинники Димки. Я подхожу к другу и тихонько спрашиваю:

— Ты это про что там с Максимом шептался?

Димка беззаботно машет рукой, но в его глазах вдруг взблескивает азарт торговца:

— Да за полторы тыщи фунтов пулемет ему продал.

— Ты что?!

— А что? — Это ехидное выражение физиономии удачливого купца мне знакомо.

Еще по Приднестровью. — Пущай попробует скопировать. Вот мы посмеемся… Пусть хоть на винтики его разберут, повторить все одно не смогут. А жаль. — Димка снова широко улыбается. — Повторили бы — можно считать, что у противника пулеметов нет!

Рассказывает Олег Таругин

Он же — цесаревич Николай

Следующим вечером мы с Димычем, Мореттой и всей свитой отправляемся в Мариинку. Придворные моей нареченной все уши прожужжали, насколько хорош тенор Фигнер, прибывший из Италии.

Занятно, вообще-то он русский, да вот в России не прижился, удрал к римлянам, там женился, прославился и вот теперь явился покорять отечество. Между прочим, по петровскому билету за выход берет. Нужно взглянуть на это диво…

Дают «Евгения Онегина», Фигнер — Ленский. Ну-с, поглядим…

— Любовь моя, вот кстати: если тебе понравятся голоса — прикажем явиться к тебе, и ты сможешь записать их на свой музыкальный центр.

Моретта суховато кивает.