Господин из завтра. Тетралогия

А уж улыбается он… Ну, ни дать ни взять кот, разглядывающий блюдце со сметаной. Я усмехаюсь: зная Димыча и его любовь к театральным эффектам, кот даже и не догадывается, что сегодня не он съест сметану, а наоборот: сметана слопает кота. Да еще с шутками и прибаутками…

А вот, кстати, и он сам. Александр Михайлович Рукавишников, легок на помине. Cтоит возле двух своих пулеметов, установленных на высоких трехногих станках. Хм… Эти станки он мне в Стальграде не показывал — там у него легкие низкие треноги были, для стрельбы лежа.

А здесь… Очень массивные лапы, на задней, самой длинной, укреплено изящное кожаное седло. Ага, догадался я, это, значит, Димка понял, что, пожелай кто-нибудь из высокопоставленных особ лично пострелять, им будет не очень удобно делать это лежа. На одном пулемете установлен кожух водяного охлаждения, а рядом, в коробках, — длинные патронные ленты. Значит, к длительной стрельбе готовится купчина. У второго — кожуха нет вообще. Но, насколько я помню, ствол может выдержать непрерывную очередь в сотню выстрелов. Следовательно, готовится какой-то фокус.

Мне в глаза бросается некое несоответствие. Кажется, будто ствольная коробка этих пулеметов имеет несколько другие очертания, нежели «Единорог». Она явно короче и у́же, чем мне запомнилось в январе. Или мне мерещится? Ладно, поживем — увидим! Уж больно хитро вчера улыбался Димон, когда упоминал о сегодняшних испытаниях.

Рядом с Димычем стоят несколько солидных мужчин в дорогих костюмах. Костюмы разного покроя и расцветок.

Объединяет их только одно — все они на «молнии»! Видимо, такова в Стальграде мода.

Среди сопровождающих Рукавишникова я узнаю Даймлера, Чернова и Леона Нагана. Здесь же и доморощенный «кулибин» — Еремей Засечный. Костюм лионского сукна сидит на нем, как на корове седло. Остальные люди мне незнакомы, но по их мордам, которые иначе, как «зверскими», не назовешь, я догадываюсь, что это Димкина «дружина». Личная охрана и… в общем, об иных назначениях стальградского «спецназа» можно только догадываться.

Впрочем, я догадываюсь…

Нас догоняет свита, Ванновский что-то говорит Максиму, и начинается показательное действо. Многоствольная картечница разносит в щепки дюймовые сосновые доски, помещение заволакивает густым дымом. Но даже сейчас заметно, что переносить огонь по горизонтали стрелку затруднительно. Почти все пули идут в одну точку. Именно про эти агрегаты шутит Драгомиров: мол, они хороши, если требуется убить одного противника много раз.