Господин из завтра. Тетралогия

Люстры, бра, настольные светильники. А для активной части населения — карманные фонарики.

Ну и конечно, предметы личной гигиены: зубные щетки, мыло «с запахом» в ассортименте, шампуни. Дешевые духи и одеколоны вроде «Красной Москвы» и «Шипра» с «Тройным».

За некоторыми видами товаров приезжали даже из Москвы и Питера!

Не надо думать, что массовая штамповка товаров широкого потребления была предназначена для обогащения. Нет, основным плюсом данного производства была отработка технологий, которые потом пригодятся для смежных отраслей.

К тому же торговля ширпотребом давала максимально быструю оборачиваемость вложенных средств, доходность от которых я тут же пускал на разработку новых научных проектов. А третьим преимуществом такой торговли стало создание широкой сети дистрибьюторов. И эту сеть можно было использовать в будущем для внедрения в жизнь простых людей множества иных новинок, до которых пока не доросла местная промышленность.

Интерлюдия"

"Сидя на продавленном и потертом диване съемной квартиры, два старика, Владимир Альбертович и Илья Петрович, увлеченно, словно футбольный матч на Кубок кубков, смотрели, как на совершенно не вязавшемся с обстановкой комнаты голографическом экране некий молодой человек пытается научить уму-разуму своих наемных работников. Только чрезвычайно узкий специалист-историк смог бы опознать в работниках будущих гениев — Александра Попова и Генриха Герца.

— Вот уж не ожидал, Альбертыч, что эти ребята такими выпивохами окажутся! — весело прокомментировал увиденное Дорофеев.

— Н-да… — озадаченно потер подбородок Политов. — Надо было Димке с самого начала этим перцам готовые схемы радиостанции вручить!

Досмотрев сцену выволочки до конца, Владимир Альбертович выключил ноутбук и, хитро посмотрев на старого друга, громко расхохотался.

— Нет, ну ты видел, Петрович? А? Хороши великие изобретатели! Еще по стопарику, Сашка? Зер гут, Генрих! — передразнил Политов.

Веселье было прервано писком мобильника. Дорофеев приложил аппарат к уху. Внимательно выслушав невидимого собеседника, Петрович кивнул и сказал:

— Все понял! Молодец, что засекла!.. А вот теперь, Альбертыч, на нерест пошла крупная рыбка.