Горсть патронов и немного везения

курс в стац-ре — не менее 5 м-цев…»

Дочитать историю болезни Ямковецкой до конца Решетников не успел.

— Что вы здесь делаете?! — раздался строгий голос.

Он оглянулся. На пороге стоял бородач. Не запирая двери, он грозно двинулся на непрошеного гостя:

— Как вы сюда попали?! Кто позволил…

— Тихо, док! — вполголоса сказал Решетников, уперев ему в грудь мгновенно извлеченный из-под пальто «генц» с глушителем. — Заткнись и сядь. Выстрела никто не услышит.

Бородач замер с открытым ртом, попятился и сел в кресло у стола.

— Кто вы такой и что вам здесь нужно? — быстро справился с испугом врач.

В дверь неожиданно постучали: «Семен Григорьевич! Вы у себя?»

Он покосился на дверь, затем поднял на Решетникова вопросительный взгляд.

— Скажи, что ты занят, — сквозь зубы приказал Решетников.

— Я… занят! — крикнул врач. — Зайдите попозже, Мария Николаевна!

Шаги удалились.

— Когда выписали Илону Ямковецкую? — спросил Решетников.

"— Ямковецкую? — удивленно вскинул брови врач. — Насколько я знаю, ей до выписки еще далеко.

Решетников убрал пистолет и сел:

— Как это — далеко? — не понял. Она что, здесь?

— Могла бы быть выписана под амбулаторное наблюдение, но кто-то, как выяснилось, поставлял ей наркотики, и в результате рецидива наступило тяжелое осложнение. Положите карту на место, она вам не нужна. К тому же все данные введены в компьютер, и мы можем их распечатать.

— Хоть массовым тиражом, — кивнул Решетников. — Это мне на память о нашей встрече. Вы не ошибаетесь, док? Может быть, ее все-таки выписали?

Бородач усмехнулся и посмотрел на часы:

— Если только в последние два часа. Во время вечернего обхода она еще лежала в третьем изоляторе во втором корпусе.

Решетников все еще не мог поверить:

— Давно?

— Что давно?

— Давно она… в изоляторе?

— Месяц.

— И что, она все это время не выходила?

— Почему? У нас не тюрьма. Но после того, как у нее под матрацем нашли шприц и ампулы с морфием, не выходила.

— Когда ей запретили выходить?

— Кажется, с конца прошлого месяца. Ямковецкая под патронажем главврача, как и все больные, содержащиеся в изоляторах. Не убраться ли вам подобру-поздорову, любезный? Я к ее лечению отношения не имею. Разве что по выходным во время дежурства.

— Главврач здесь?

— Здесь. Приехал часа полтора тому назад.