Будешь моей, детка

Что он принесет завтра мою кружку, что здесь надо будет побыть пару дней, что Алиска молодец, что он никуда меня больше не отпустит…

Низкий звук его голоса убаюкивает, он будто заворачивает меня в надежный кокон, где тепло, где безопасно и где есть только мы вдвоем. И никого больше.

Я нахожу его руку, переплетаю наши пальцы и только тогда спокойно засыпаю.

Глава 26. Время посещений

Утром Тимура в палате нет. Зато есть медсестра, которая безжалостно будит меня в семь утра, что измерить давление и температуру.

Когда я доедаю оказавшуюся довольно вкусной манную кашу, в палату залетает Алиса. Она бросается мне на шею, не обращая внимания на то, что в руках у меня тарелка, перемазывается в каше, смеется, потом плачет, я тоже начинаю плакать, и в итоге мы рыдаем вдвоем, пуская сопли на плечо друг другу.

— Т-ты чего? — шмыгая носом, наконец спрашиваю я.

— А ты ч-чего? — смотрит на меня покрасневшими глазами Алиса.

И мы смеемся, как две истерички.

— А где Тимур, не знаешь? — спрашиваю я, когда наш нервный смех стихает.

— Кажется, ему надо было в полицию, чтобы показания дать, — личико Алисы мгновенно становится серьезным. — Они же взяли тех, кто тебя похитил, и им теперь грозит срок.

— А мой брат? Он..?

— Он тоже там, — кивает она, а потом говорит, осторожно глядя на меня: — Ты знала, что…

— Да! — обрываю я ее. А потом тихо добавляю: — Прости, но можно мы не будем это обсуждать? Я не готова.

— Конечно!

Алиса тут же начинает меня забалтывать, рассказывая всякую ерунду про погоду, про универ, про манную кашу…

— Эй, — вдруг соображаю я. — А почему ты не на учебе? Сегодня же понедельник!

— Я прогуляла первую пару, чтобы к тебе зайти, — улыбается Алиса, а у меня теплеет в груди. — А вот на вторую идти придется, там контрольный тест.

— Так тебе уже ехать скоро надо! Или… тут рядом?

Я только сейчас понимаю, что даже не узнала, в какой я больнице.

— Нет, это далеко, — вздыхает Алиса.

Мы еще минут пятнадцать болтаем, а потом у Алисы звонит телефон, она с нежной улыбкой щебечет в трубку, что сейчас спустится, целует меня в щеку, обещает зайти вечером и убегает.

После ее ухода в палате как-то серо и тоскливо, как будто выключили солнце. Алиса и правда как солнышко. Рыжее и радостное.