Горлов тупик

Враги давно это практикуют: похищают и подменивают младенцев с целью выращивать из русских детей еврейских марионеток, профессиональных убийц. Да, придется объявить ее русской по крови. Нельзя, чтобы ширнармассы сочувствовали еврейке».

Вечером он отправился к Шуре на такси, с большим пакетом пайковых продуктов. Хотелось поскорей увидеть ее, убедиться, что нет никакого сходства, спокойно поужинать и получить свою порцию мужского удовольствия.

Шура в валенках, в телогрейке, накинутой прямо на шелковый халат с драконами, расчесывала перед зеркалом влажные волосы.

– Привет! Закрой, пожалуйста, дверь. Филя только натопил, а я после бани, – сказала Шура."

"Влад застыл в проеме с пакетом в руках. Да, рост и комплекция примерно одинаковы. Лицо… Нет, вот сейчас повернулась, ракурс изменился, и видно, что лицо совсем другое. Волосы кажутся темными потому, что мокрые. Высохнут – посветлеют. Освещение тусклое, лампа мигает. В поселке перебои с электричеством… Все, хватит! Надо помнить главное: Ласкина орудие, механизм, а Шура – организм, из плоти и крови.

Шура бросила гребень на комод, опять взглянула на Влада:

– Что с тобой? Ты не здоров? – Она подошла, сняла с него шапку, тронула теплыми пальцами лоб.

Он запретил ей спрашивать о служебных делах, прежде она никогда не нарушала запрета. Почему вдруг спросила?

– Все в порядке, – ответил он спокойным ровным голосом и поставил пакет на табуретку возле двери.

– Ну, тогда раздевайся, давай ужинать.

Свет в комнате задрожал и погас. Послышалось тревожное мычание Фили.

– Господи, какая темень. – Шура вздохнула. – И фонари на улице не горят.

Он вытащил из кармана коробок, на ощупь сунул ей в руку. Она чиркнула, нашла и разожгла керосинку, вместе с Владом вышла на веранду, светила ему, пока он раздевался. Ее лицо, подсвеченное снизу, опять напомнило личину Ласкиной. Через пару минут электричество включилось, и сходство исчезло. Филя замычал, на этот раз радостно, и ощерил свою мерзкую пасть.

– Выгони его, – приказал Влад.

Она села за стол, рядом с уродом:

– Филя, тебе пора домой.