Гончая смерти

– Я заинтересовался слухами, которые ходили меж тамошних крестьян, об этом происшествии. Они, конечно, же не стоили выеденного яйца. Если им верить, так это было на все сто процентов первоклассное современное чудо. Кажется, одна из монахинь имела репутацию подающей надежды святой; так вот, она вошла в транс, и ей было видение. Ну и согласно этому видению она сотворила фокус. Вызвала молнию, чтобы поразить нечестивых врагов, ну а заодно и все остальное в пределах досягаемости. Очаровательное эффектное чудо, не так ли?

Я никогда не докапывался до истины – не хватало времени.

Но чудеса в ту пору были в моде – ангелы и тому подобное. Я описал случившееся, разбавил сентиментальными фразами, снабдил религиозными выводами и отправил свой очерк в газету. В Штатах эту историю приняли хорошо. Тогда проявляли интерес к событиям подобного рода.

Однако (не знаю, сможете ли вы понять) в процессе работы я все больше увлекался этим материалом. Я почувствовал, что хочу узнать, что же произошло на самом деле. Не оставалось ничего иного, как осмотреть место происшествия.

От монастыря сохранились две стены, и на одной из них ясно выделялось темное пороховое пятно, напоминающее своими очертаниями огромную собаку.

Окрестные крестьяне испытывали смертельный ужас перед этой отметиной. Они называли ее Гончей Смерти и с наступлением темноты опасались проходить мимо.

Суеверия всегда интересны. Я понял, что мне необходимо повидать женщину, сотворившую этот трюк. Оказывается, она не погибла. В числе других беженцев она отправилась в Англию.

Я постарался отыскать ее следы. И обнаружил, что она осела в Трирне, Фолбридж, Корнуолл.

Я кивнул:

– Моя сестра приютила бельгийских беженцев в начале войны, что-то около двадцати человек.

– Ну вот, я всегда собирался, как выдастся время, взглянуть на эту женщину. Я хотел услышать из ее собственных уст рассказ о том бедствии. Однако все время был занят то одним, то другим, и все это ускользало из моей памяти. Корнуолл лежал в стороне от моих путей. Я так и забыл бы обо всем, не упомяни вы о Фолбридже.

– Надо порасспросить сестру, – сказал я. – Она, возможно, что-нибудь об этом слышала. Правда, все бельгийцы давным-давно репатриированы.

– Разумеется. Тем не менее, если ваша сестра что-нибудь знает, буду рад получить от вас весточку об этом.

– Конечно, я так и сделаю.

На этом разговор окончился.

2На следующий день после моего приезда в Трирн я вспомнил об этой истории. Мы сидели с сестрой на террасе и пили чай.