Горький инжир

Однако она по-женски предусмотрительна. И сегодня, собравшись первый раз в жизни прибыть на службу на собственном авто, она выехала из гаража в восемь ноль-ноль – притом что раньше десяти я ее в конторе никогда не жду, а ехать ей предстояло от Павелецкой до Рязанского проспекта.

Римка – ненормальная девушка. Когда она проезжала мимо здания «Русского национального банка» на Смоленке (интересно, как ее туда занесло?), она увидела голосовавшего незнакомца и остановилась. Спросила, куда ему ехать.

– И ты его посадила?!

– Да! В том-то и дело! Посадила!

Неизвестно, сколько раз Римка глохла на светофорах и сколько раз при этом попутчик помянул ее и свою матушку, но в полдесятого они доковыляли к пятиэтажной хрущобе где-то на улице Юных Ленинцев.

Незнакомец расплатился с Римкой. Вышел из машины. Вошел в подъезд.

Тут Римка обратила внимание, что попутчик позабыл в машине свою борсетку.

Я хотел съехидничать, что это, наверно, стрелял ее глушитель, но, глянув на Римкино лицо, осекся.

Выстрелов было два. Один и сразу – другой.

Римка, не будь дурой, мгновенно завела машину и дала газ. На удивление, и то и другое удалось ей с первого раза.

– Из подъезда кто-то выходил?

– Не видела.

– А в зеркало заднего вида не заметила?

Римка посмотрела на меня с немым укором. Я пробормотал:

– В самом деле, какое там зеркало…

– Я сразу сюда.

– Ну и правильно. Борсетка у тебя?

– Да.

– Давай.

Она достала из своей объемистой сумочки кожаную мужскую борсетку.

Я вывалил ее содержимое на стол.

На столе оказались: связка ключей, портмоне, сигареты «Парламент» и зажигалка «Ронсон» из желтого металла. Я раскрыл портмоне.