Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира

– Кто? Сергеич? – растерянно охнул Ильико.

– Он самый. В общем, не знаю точно, как там и что было, но имение это раньше принадлежало одному чиновнику. Надо сказать, большому любителю молодых актрис. Вот на них он и погорел. Был пойман на попытке украсть деньги из кассы своей службы. Что называется, за руку поймали. Как он там отговориться сумел, не знаю, но все кончилось тем, что со службы он вылетел, выплатив крупный штраф. Дело поднимать не стали, и он вынужден был начать распродавать имущество. Жизнь в столице, сам знаешь, не дешевая, так что он решил перебраться куда подальше.

– А как же оформление? – не сдавался Ильико, тыча пальцем в лежащие перед ним бумаги.

– А что оформление? – пожал Елисей плечами.

– Вот так просто? – не поверил княжич.

– Так ведь стряпчий опытный. Знал, кого подмазать и кому кланяться. Да ты не волнуйся. Все законно. В нужных книгах все прописано, даже в полицию весть подали, что у имения хозяин сменился.

– А в полицию-то зачем? – окончательно запутался Ильико.

– Так ведь война идет, – развел парень руками. – Ты ж человек служивый, сам такое понимать должен.

– Ну да. Не подумал, – смутился Ильико. – Так что, переезжать станем? – растерянно улыбнувшись, уточнил он.

– Само собой. Вон, Сергеич там порядок наведет, и начнем помолясь.

– Ох, и озадачил ты меня, – буркнул Ильико, растерянно почесывая в затылке.

– Брось. Теперь никто и никогда не сможет сказать, что князь Буачидзе сына в черном теле держит. Да и место там удобное. Всего полверсты от тракта, и по нему три версты до города. Зато лес кругом. Говорят, охота там знатная. И на земле пара деревенек имеется.

– Да на кой они мне, – отмахнулся Ильико.

– Не дури. Ежели к делу с умом подойти, это тоже доход. Только мужикам поначалу послабление сделай, чтобы поняли, что ты на той земле хозяин, а не грабитель, готовый с них последнюю рубаху снять.

– Вот еще головная боль, – скривился Ильико. – Я на службу вернулся потому, что не хотел дома во все это влезать, а ты мне здесь все это на шею повесил.

– Так, понятно, – иронично хмыкнул Елисей.