Горячий угон

 – Сигнализацию надо перепрограммировать, сейчас она отключена.

– Ну, будь здоров, брат! – Рустам спрятал ключ в карман своей оранжевой куртки. – Нужен будешь – найдём!

– И вам не хворать! – ответил Валера.

Он не решился повернуться к заказчику спиной и стоял у ворот гаража, пока тот не сел в кабину. Фура медленно двинулась в обратный путь.

«Угораздило меня с ними связаться, – подумал Валера. – Вроде бы и нормально всё прошло, а осадок нехороший на душе остался».

Он запер гараж, сел в свой «Опель» и поехал в центр.

«Ничего, – успокаивал он сам себя. – Немного перетерпел, зато сейчас с Бампером рассчитаюсь, а следующая тачка пойдет на первый взнос за квартиру! И Рита будет рада, она же мне хорошо помогла. А с седым у нее, может, действительно ничего не было…»

И хотя житейский опыт, и элементарная логика услужливо и настойчиво подсказывали, что так не бывает, он их не слышал. Точнее, не слушал.

Довольный удачной сделкой, Валера зашёл во «Фрау Марту» взять пива на вынос. За барной стойкой сегодня была Оксана, чем-то напоминающая фрау Марту с вывески у входа.

– А баксы можешь проверить? – спросил вдруг Валера.

– Конечно!

Перевозчик порылся за пазухой и, не вынимая весь пакет, извлёк одну стодолларовую купюру.

– Ого! – округлила глаза Оксана. – Да ты сегодня при деньгах! И наши, и американские!

Она поднесла банкноту к аппарату, потом повторила процедуру…

– Ничего не понимаю! Может, на ней и не должно ничего светиться? – растерянно захлопала она сильно накрашенными ресницами. – Я с такими никогда не сталкивалась…

– Да не может быть! – Валера похолодел. – Проверь еще!

Но как Оксана ни старалась, результат не менялся. Он извлек вторую купюру, третью… Тот же результат!

Забыв про пиво, Валера поехал к Бамперу, у которого такая машинка была дома.

– Такими я долг не приму! – сказал Бампер. – Кто это так тебя насадил?

Совершенно убитый, Валера поехал домой. Риты дома не было. Он прошёл на кухню, достал из холодильника порезанную тонкими слайсами сырокопчёную колбасу, сделал себе бутерброды, налил рюмку водки и выпил. Обида и злость душили его.