Горячий угон

Бабло есть, я угощаю!

– А назад как?

– А чё, ты спешишь на работу устроиться? Погуляем нормально, когда надоест – поедешь…

– Ну а чё?! Если башляешь… Поехали!

Они вышли на улицу, Лихой махнул рукой, и «девятка» тут же подкатила и остановилась рядом с ними.

– Гля, у тебя и правда водила! Да ты крутой!

– Садись уже! – Лихой открыл заднюю дверь и затолкал еле стоящего на ногах собутыльника в салон. Как только тронулись, Чага задремал. Выехав из райцентра, Гаврош свернул на полевую дорогу, проехал немного вдоль поля и остановился.

– Чё, уже приехали? – открыл глаза Чага.

Гаврош вышел из машины и снял парик и усы. В этот раз они оказались лишними.

– Чё стали? – озирался по сторонам Чага. – На перессык, что ли?

– Да, – сказал Лихой. – Выходи! А то напрудишь в салоне.

– Да неее, – заулыбался пассажир, тяжело выбираясь наружу. – О, хорошо, ветер, свежачок…

– Здорово, Чага! – окликнул Гаврош, дрожа от ненависти. Лихой зашел со спины, приготовив нож.

– Ты кто?! Откуда меня знаешь?! – угрожающе спросил Чага.

– Гаврош?! Я так и знал, что это ты Никитоса… А теперь за мной?! Так я ни при чем! Это же Худой все!

Гаврош достал кусок тонкого крепкого шнура с узлами на концах.

– Каждый баран висит за свою ногу! – тихо, с трудом сдерживаясь, произнес он. – Никитос ответил, наступил твой черед… И Худой ответит!

Чага упал на колени.

– Не надо, не надо! – горячечно заговорил он. – Хочешь, я Худого подманю, как выйдет? Могу сам его завалить, у меня крысомор есть…

Удавка перехлестнула толстую шею.

– Спасибо, обойдусь! – затягивая петлю и внимательно вглядываясь в мутнеющие глаза, сказал Гаврош.

Тело убирать не стали – так и оставили на обочине проселка, возле убранного картофельного поля, над которым кружилась стая ворон в поисках какой-нибудь еды. В тот день их ждал настоящий пир…

А через месяц Арсений между делом сообщил, что Худого зарезали в зоне за неотданный карточный долг.

"– Он ведь фуфлыжником был, – презрительно пояснил «законник». – Но косил под «черную масть», и многие косяки у него прокатывали. Я даже специально никаких команд не давал – сказал: делайте по «закону»… Так что, на этот раз у него не прокатило…

– Я у тебя в обязаловке! – Гаврош от души пожал вору руку.

А вечером достал свой чёрный потёртый блокнот и рядом с перечеркнутым погонялом Чаги зачеркнул и кличку Худого.