Горячая линия

— Хочешь так? — потерся. Она не ответила. Лишь вздохнула. А ему другого ответа и не надо было.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 11"

"Он потом уснул очень быстро. А она не смогла. Так всю ночь до утра и прокрутилась. Непривычно было, что кто-то рядом. Похрапывает… И каждый раз тянется обнять, каким бы боком она к нему не повернулась. Варя с удивлением поняла, что рука человека, оказывается, может быть очень тяжелой. И нога. Он ведь и ногу поверх ее бедер закидывал.

Щекотал волосками, которых на его теле было в избытке, и, что удивительно, ей даже это нравилось. Низ живота сладко сжимался. Несмотря на дискомфорт и даже легкую боль, которыми с непривычки для нее обернулась их близость, тело требовало повторения. Варя томилась. Вздыхала. То натягивала на себя одеяло, то раскрывалась вновь. И много думала. Прокручивала в голове, как все было. Их разговоры. Первую встречу. Смаковала то впечатление, что он на нее произвел. Вспоминала его походку, мимику, жесты. Привычку смотреть из-под насупленных бровей. Объективно ей понравилось в нем все. Вообще все. Она бы, может, исправила лишь манеру Захара очень прямо излагать свои мысли. Хотя, если говорить откровенно, и в этом тоже был свой большой плюс. Вот если бы он еще так сильно ее этим не смущал — было бы вообще здорово. А с другой стороны, не будь этого стеснения, вряд ли бы его слова так сильно на неё подействовали. Тут как раз весь смысл был в их запретности. И примитивизме, от которого в современном до зубовного скрежета политкорректном обществе уходили. Может быть, жизнь на улице отбросила Захара в развитии к неандертальцам? Варя улыбнулась.

Понимая, что уже не уснет, осторожно выбралась из его объятий и пошлепала в ванную. Хотелось прихорошиться к тому времени, как Захар проснется. Ей хватило уже того, что он на нее зареванную насмотрелся. Варя закрыла дверь в ванную. Плеснула в лицо воды. Каждый раз, когда она вспоминала о том, что побудило Захара прийти, её настроение резко портилось.

Как бы она ни была счастлива от того, что он рядом, не думать об Алле не получалось. Сердце сжималось от боли и чувства вины, с которыми было не так-то просто справиться. Варе было неловко от того, что её жизнь стала налаживаться в тот момент, когда жизнь другой молодой женщины оборвалась. Хотя, конечно, Захар был прав, и винить себя в этом было неправильно.

Варя быстро помылась.