Гордая птичка Воробышек

- Не знаю, чем он обязан тебе, Воробышек, - выплевывает, почти с ненавистью окидывая мою неприметную фигуру карим взглядом, - но что декану надо от меня, он дал понять четко. Я жду тебя сегодня у себя, - нехотя цедит сквозь зубы и отворачивается, - адрес ты знаешь!

Знаю, и выбора у меня, как и у Люкова, нет. Я долго смотрю вслед рванувшей с места темной машине - с началом зимы сменившей запоминающуюся ""Хонду"", и иду к остановке. Сажусь в автобус, здороваюсь с парой студентов на входе общежития и думаю о крохах аванса, затерявшихся на дне тощего кошелька.

Открываю дверь в комнату и нехотя констатирую: хочешь - не хочешь, Воробышек, а с учебой тебе, видимо, суждено распрощаться.

- Женька! Быстро за тряпку! У нас потоп! - встречает меня криком с порога Крюкова, когда я распахиваю дверь, и с неукротимостью налетевшего смерча впихивает в руки ведро. - Представляешь, эти придурки с пятого - япошки недоделанные, вентиль на рукомойнике сломали! Воду горячую, видишь ли, открыть не могли! У-у! Тормоза деревянные! - яростно пышет гневом, елозя тряпкой по полу, скрючившись в позу ""Зю"".

- Откуда в студенческой общаге горячая вода, а? - спрашивает из-под мышки. - Вот ты мне, Воробышек, скажи? Откуда?! Если мы на единственный бойлер для душевой полгода всем этажом собирали?

- Видимо, все-таки открыли, - я быстро стаскиваю куртку, закатываю штанины джинсов и засучиваю рукава. Хватаю со сточной трубы тряпку и отжимаю в ведро. Спешу повторить опять.

- Конечно, открыли! Новаторы чертовы! Свернули башку крану нафиг.

Уже полчаса как льет. Блин, хоть бы сантехник скорее пришел - замучаемся ведь воду отжимать! На-асть! - кричит Танька поверх моей головы в коридор. - Пни вахтершу там, пусть еще раз дяде Сене позвонит, не то мы сами за ним вплавь пустимся!

Два часа пролетают незаметно. Когда остаюсь один на один с полкой в шкафу, дефицитом времени и необходимостью выбегать из дому, я нехотя стаскиваю с себя мокрую одежду, надеваю прямую юбку в колено, узкий теплый свитер и сапоги. На улице мокрый снег и слякоть, машины медленной вереницей ползут по городу, и я добираюсь к дому Люкова намного позже, чем мне бы того хотелось.

Подхожу к подъезду и слышу знакомое и неприятное:

- Ты смотри! Опять пришла! Да что ж вам всем здесь как медом намазано!

- Здравствуйте! - вежливо здороваюсь с выползающей на улицу старушкой и ныряю в парадное. Стучу каблучками по бетонным ступенькам и жму на черную кнопку звонка.

- Привет.

***

В прихожей квартиры Люкова темно.