Гордая птичка Воробышек

Это чудо любить тебя просто так. Чудо надеяться, знать, что ты моя и для меня. Что ты единственная.

День пролетает незаметно. Я все-таки готовлю для Люкова полюбившийся ему черничный пирог - почти из ничего, и даже получаю от Ильи щедрую порцию похвалы и восхищения моим кулинарным талантом.

- Женя, ты уверена, что не замерзнешь? - спрашивает он меня, наверное, в десятый раз, когда я отказываюсь надеть на себя предложенный Ильей свитер, собираясь вместе с ним покинуть квартиру. - Мне кажется, твой свитер недостаточно длинный и теплый.

На улице холодно, и ты можешь простыть!

На мне джинсы, шерстяная водолазка с высоким узким воротом и легкая весенняя курточка-пуховик до бедра, - вполне себе пригодная одежда для мартовского вечера, который планируется провести в машине.

- Илья, если я надену твой свитер, именно тот, который ты сейчас держишь в руке, он будет болтаться на мне почти до колен. Меня же люди засмеют, а вместе со мной и тебя!

- Мне все равно. Пусть только попробуют! - отвечает он на полном серьезе, ожидая меня у порога.

Несмотря на ссадину на брови и подбородке, одетый и выглядящий сейчас, как герой рекламного ролика для любящих стремительность и опасность мужчин: синие джинсы, черная кожаная куртка, черный джемпер с открытым V-образным воротом и колючий взгляд карих глаз на смуглом красивом лице. Зажигающийся теплом всякий раз, когда останавливается на мне.

- Все будет хорошо, я не замерзну, - я щелкаю у подбородка молнией куртки и, привстав на цыпочки, касаюсь губами любимых губ. - Пожалуйста, не переживай!

- Значит, тебе нужна новая куртка, птичка.

И новая теплая одежда, - не унимается мой мужчина. - И вообще... Черт! Тебе же нужно молоко!

Я смеюсь. Он просто невозможен в своей заботе.

- Люков, не сходи с ума, - прошу, любуясь им. - Мне просто нужно попасть домой и забрать свои вещи. И пожалуйста, не вздумай меня носить на руках! - предупреждаю, как только мы переступаем порог квартиры, оказываемся на лестничной клетке и его руки, взметнувшись от плеч, готовятся принять странное положение.

- Я вполне себе здоровая девушка! Я с тобой даже о токсикозе забыла, не то что... Илья, в чем дело?

- Токсикоз?!.. - он смотрит на меня так, словно контроль над привычным ему миром впервые ужом ускользает из рук, расползаясь под пальцами лакмусовой бумагой, - растерянно и с беспокойством. - Женя! Тебе немедленно надо на свежий воздух!

- Илья, не глупи, - уже просто хохочу я. - Мы с тобой и так направляемся на улицу!

- Кхм, точно, - хмурится Люков.