Гордая птичка Воробышек

- Да, - я послушно размыкаю веки, встречая внимательный взгляд карих глаз. Неожиданно теплый, не обвиняющий. Как будто и не я стала причиной того, что в его доме оказались три незнакомых отморозка.

- Уже все хорошо. Для тебя все закончилось, ты поняла?

- Да.

- Вот и умница! А сейчас тебе лучше уйти. Сможешь добраться до общежития? - Люков скользит рукой в карман, поднимает мою ладонь и вкладывает в нее бумажную купюру, зажимая в кулаке. - Держи...

- Не надо...

- Надо! Поймай такси - здесь на набережной их много, мне будет спокойнее.

Нет, не придешь. Но я киваю:

- Хорошо. - Делаю дрожащий шаг к двери и вдруг оборачиваюсь. - А как же ты? - Заставляю себя силой воли взглянуть под ноги, туда, где у стены начинает ворочаться Игорь, приходя в себя, в попытках подняться цепляясь рукой за стену. - Он... - сглатываю ком в горле. - Он...

Он не простит! - хочу я сказать, но только встречаюсь с полными ярости стальными глазами, как тут же вновь цепенею на месте.

- Знаю. Не думай, Воробышек. Разберемся.

- С-сука! - сцеживает мой кошмар разбитыми губами. - ... падла, зубы выбил! - Стоя на коленях, сплевывает на пол кровавые сгустки. - Кто ты, чертов хер? - поднимает татуированную голову, зло утирая рот. - Женька! - тянет ко мне руку, и, не дотянувшись, с силой ударяет кулаком о распахнутую дверь, заставляя меня содрогнуться всем телом. - Я же тебя люблю, дура! Я прощу, слышишь!.. Ты! - оглядывается на Люкова. - Только попробуй ее отпустить, и я тебя убью, ёбарь, клянусь.

Я по-прежнему не могу сойти с места, и Илья становится между нами. Возвышаясь над Игорем, говорит холодно привычно-бесцветным голосом:

- Девчонка уйдет. А мы с тобой поговорим, Грег. Разберемся между собой, чья птичка. Тем более, что Грег Ящерица, помнится, давно искал со мной встречи, так чем не повод? Здесь не бойцовский круг, но, так и быть, я удостою тебя особой чести попытать счастья набить мне морду. Вставай! Или мне самому поднять тебя?.. - И совсем другим - тихим, но твердым.

- Люк?! - изумленно выдыхает мой кошмар, и это последнее, что я слышу, выбегая из квартиры в слепой вечер.

***

Алим сидит по левую сторону от Шамана и зорко следит за людьми Байгали, занявшими весь периметр пышно убранной гостиной комнаты дома хозяина. Еще два охранника Айдара стоят за его спиной, остальные четверо разделились, замерев у окон и входа. По обычаю гостеприимства в доме все без оружия. Да оно и не надо.