Голый край (СИ)

Ветер красиво развевал непослушную прядь на ее лбу, длинные рукава платья были подвернуты до локтей, а в руке она сжимала серп. Не выпуская его из крепкой хватки нежных, но сильных рук, она быстрым шагом направилась к нам.

— Что такое? Майя, ты прячешься? — мама склонила голову, глядя то на меня, то на семейку за изгородью.

Мне нехотя пришлось выйти из своего укрытия.

— Ваша дочь оскорбила моего сына! — начала причитать женщина за забором, уперев руки в бока.

— Сказала, что я… — мальчик громко шмыгнул носом, втягивая сопли.

— Майя! — воскликнула мама.

Ее голубые глаза впервые за эту жизнь осуждающе смотрели на меня. Их взгляд едва не прожигал дырку в моем теле, но даже без этого я чувствовала самый настоящий стыд. Щеки сильно жгло, а на спине чувствовались легкие ледяные уколы.

— Майя, зачем ты обидела Снорри?

Так у него еще и имя идиотское.

— Он первый начал! — так же, как и мама, я скрестила руки на груди. — Сказал, что я ворона!

Дальше разбирательства никуда не пошли, потому что с разных концов на крики пришли наши отцы.

— Ну-ка, Хельга, иди давай, — папа взял меня за руку и оттеснил маму.

— Иди на поле, Берта, я все решу, — сказал второй мужчина.

Они явно пытаются не засмеяться! Что один, что второй, оба идиоты, не понимающие серьезности ситуации?

Ай, да кого я обманываю, самой же смешно. Подумать только — мне сейчас должно быть двадцать три, а я такой ерундой занимаюсь.

— Ну, Снорри… — вздохнул отец мальчика. — Значит, тебя обидела умная девочка?

— Да! Она казала…

Прежде чем мальчик успел договорить, его отец дал ему мощную затрещину, отчего тот едва не упал и разнылся еще больше.

— Стыдно! Девочка его обидела… Иди к матери! — мужчина прикрикнул и мальчик, рыдая, пошел обратно под юбку своей мамаши. Но суровое выражение лица мужчины сразу же сменилось на веселое, когда его сын ушел достаточно далеко. — Ну как ты, Борт? Женушка все не пускает по кружечке меда хряпнуть, а?

— Да иди ты, Ульк, — в голос засмеялся мой отец и крепко пожал ему руку.

"Я стала яростно качать головой и показала большой палец, пытаясь убедить отца в том, что его разговорчики уйдут со мной в могилу.

— Хех, и вправду умная, как ворон! — засмеялся Ульк и, протянув руку, потрепал меня по голове. — На-ка, держи, за моего балбеса.